free-digital-society.html - en to ru translation catalogue (166 entries)

note: type: Content of: <title>
en: A Free Digital Society - What Makes Digital Inclusion Good or Bad? - GNU Project - Free Software Foundation
ru: Свободное цифровое общество - Проект GNU - Фонд свободного программного обеспечения

note: type: Content of: <div><h2>
en: A Free Digital Society - What Makes Digital Inclusion Good or Bad?
ru: Свободное цифровое общество

note: type: Content of: <div><address>
en: by Richard Stallman
ru: Ричард Столмен

note: type: Content of: <div><div><p>
en: Transcription of a lecture at Sciences Po Paris, October 19, 2011&nbsp; (<a href="//audio-video.gnu.org/video/stallman-sciencespo-freesociety.webm">video</a>)
ru: <em>Конспект лекции в Парижском институте политических исследований 19&nbsp;октября 2011&nbsp;года.</em> (Есть также <a href="//audio-video.gnu.org/video/stallman-sciencespo-freesociety.webm"> видеозапись</a> этой лекции.)

note: type: Content of: <div><div><h3>
en: Table of Contents
ru: Содержание

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#intro">Introduction</a>
ru: <a href="#intro">Введение</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#surveillance">Surveillance</a>
ru: <a href="#surveillance">Слежка</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#censorship">Censorship</a>
ru: <a href="#censorship">Цензура</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#formats">Restricted data formats</a>
ru: <a href="#formats">Ограниченные форматы данных</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#proprietary">Software that isn't free</a>
ru: <a href="#proprietary">Программы, которые не свободны</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#four-freedoms">The four freedoms of free software</a>
ru: <a href="#four-freedoms">Четыре свободы свободных программ</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#gnu">The GNU Project and the Free Software movement</a>
ru: <a href="#gnu">Проект GNU и движение за свободное программное обеспечение</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#education">Free software and education</a>
ru: <a href="#education">Свободные программы и образование</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#services">Internet services</a>
ru: <a href="#services">Службы Интернета</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#voting">Computers for voting</a>
ru: <a href="#voting">Компьютеры для голосования</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#sharing">The war on sharing</a>
ru: <a href="#sharing">Война с обменом</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#arts">Supporting the arts</a>
ru: <a href="#arts">Поддержка искусства</a>

note: type: Content of: <div><div><ul><li>
en: <a href="#rights">Rights in cyberspace</a>
ru: <a href="#rights">Права в киберпространстве</a>

note: type: Content of: <div><h3>
en: Introduction
ru: Введение

note: type: Content of: <div><p>
en: Projects with the goal of digital inclusion are making a big assumption. They are assuming that participating in a digital society is good, but that's not necessarily true. Being in a digital society can be good or bad, depending on whether that digital society is just or unjust. There are many ways in which our freedom is being attacked by digital technology. Digital technology can make things worse, and it will, unless we fight to prevent it.
ru: Проекты, ставящие целью охват жизни людей цифровой техникой, делают большое допущение. Они предполагают, что участие в цифровом обществе&nbsp;&mdash; это хорошо; но это не обязательно верно. Быть в цифровом обществе может оказаться хорошо или плохо, в зависимости от того, справедливо это цифровое общество или нет. Есть много способов напасть нашу свободу с помощью цифровой техники. Цифровая техника может вести к ухудшениям, и она будет вести к ним, если мы не станем бороться за то, чтобы предотвратить это.

note: type: Content of: <div><p>
en: Therefore, if we have an unjust digital society, we should cancel these projects for digital inclusion and launch projects for digital extraction. We have to extract people from digital society if it doesn't respect their freedom, or we have to make it respect their freedom.
ru: Таким образом, если у нас несправедливое цифровое общество, мы должны отменить эти проекты по цифровому охвату и организовать проекты по цифровому извлечению. Нам нужно извлекать людей из цифрового общества, если в нем не уважают их свободу, или нам нужно сделать так, чтобы их свободу в нем уважали.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Surveillance
ru: Слежка

note: type: Content of: <div><p>
en: What are the threats? First, surveillance. Computers are Stalin's dream: they are ideal tools for surveillance, because anything we do with computers, the computers can record. They can record the information in a perfectly indexed searchable form in a central database, ideal for any tyrant who wants to crush opposition.
ru: Каковы угрозы? Во-первых, слежка. Компьютеры&nbsp;&mdash; это мечта Сталина: это идеальные орудия слежки, потому что все, что мы делаем на компьютерах, эти компьютеры могут записать. Они могут записать сведения в отлично систематизированной удобной для поиска форме в центральной базе данных, идеальной для любого тирана, желающего смять оппозицию.

note: type: Content of: <div><p>
en: Surveillance is sometimes done with our own computers. For instance, if you have a computer that's running Microsoft Windows, that system is doing surveillance. There are features in Windows that send data to some server, data about the use of the computer. A surveillance feature was discovered in the iPhone a few months ago, and people started calling it the &ldquo;spy-phone.&rdquo; Flash player has a surveillance feature too, and so does the Amazon &ldquo;Swindle.&rdquo; They call it the Kindle, but I call it &ldquo;<a href="/philosophy/why-call-it-the-swindle.html">the Swindle</a>,&rdquo; <em>l'escroc</em>, because it's meant to swindle users out of their freedom. It makes people identify themselves whenever they buy a book, and that means Amazon has a giant list of all the books each user has read. Such a list must not exist anywhere.
ru: Слежка иногда проводится с помощью наших собственных компьютеров. Например, если у вас есть компьютер, работающий под Microsoft Windows, эта система проводит слежку. Windows устроена так, чтобы на некоторый сервер посылались данные. Данные о пользовании компьютером. Несколько месяцев назад была обнаружена функция слежки в iPhone, и люди начали называть его &ldquo;spy-phone&rdquo; (&ldquo;телефон-шпион&rdquo;). У проигрывателя Flash тоже есть функция слежки, и у Amazon &ldquo;Swindle&rdquo; тоже.  Они называют его &ldquo;Kindle&rdquo; (зажигать), но я называю его &ldquo;<a href="/philosophy/why-call-it-the-swindle.html">Swindle</a>&rdquo; (обжуливать), потому что его назначение&nbsp;&mdash; обжуливать пользователей, лишая их свободы. Он заставляет людей идентифицировать себя всякий раз, когда они покупают книгу, а это значит, что в Amazon есть огромный список всех книг, которые прочел каждый пользователь. Такой список не должен существовать нигде.

note: type: Content of: <div><p>
en: Most portable phones will transmit their location, computed using GPS, on remote command. The phone company is accumulating a giant list of places that the user has been. A German MP in the Green Party [correction: Malte Spitz is on the staff of the Green Party, not an elected official] asked the phone company to give him the data it had about where he was. He had to sue, he had to go to court to get this information. And when he got it, he received forty-four thousand location points for a period of six months! That's more than two hundred per day! What that means is someone could form a very good picture of his activities just by looking at that data.
ru: Большинство сотовых телефонов передает свое местоположение, вычисленное с помощью спутниковой системы навигации, по удаленной команде. Телефонная компания накапливает огромный список мест, где побывал пользователь.  Член германского парламента от партии Зеленых [поправка: Мальте Шпиц&nbsp;&mdash; один из деятелей партии Зеленых, он не является депутатом] попросил телефонную компанию передать ему имеющиеся у них данные о том, где он находится. Ему пришлось судиться, ему пришлось пойти в суд, чтобы получить эти сведения. А когда он получил их, ему доставили сорок четыре тысячи точек местоположения за шестимесячный период! Это больше, чем двести в день! Что это значит? Это значит, что кто-то мог бы нарисовать очень точную картину его деятельности, просто глядя на эти данные.

note: type: Content of: <div><p>
en: We can stop our own computers from doing surveillance on us if <em>we</em> have control of the software that they run. But the software these people are running, they don't have control over. It's nonfree software, and that's why it has malicious features such as surveillance. However, the surveillance is not always done with our own computers, it's also done at one remove. For instance ISPs in Europe are required to keep data about the user's Internet communications for a long time, in case the State decides to investigate that person later for whatever imaginable reason.
ru: Мы можем заставить свои собственные компьютеры прекратить надзирать за нами, если у <em>нас</em> есть контроль над программами, которые они выполняют. Но программы, которые выполняют эти люди&nbsp;&mdash; у них нет над ними контроля. Это несвободные программы, вот почему в них есть такие вредоносные функции, как слежка. Однако слежка не всегда проводится с помощью наших собственных компьютеров, она проводится также удаленно. Например, от поставщиков услуг Интернета в Европе требуется, чтобы они сохраняли данные о соединениях пользователя по Интернету в течение долгого времени на случай, если государство впоследствии решит провести следствие над этим лицом по любой мыслимой причине.

note: type: Content of: <div><p>
en: With a portable phone&hellip; even if you can stop the phone from transmitting your GPS location, the system can determine the phone's location approximately, by comparing the time when the signals arrive at different towers. So the phone system can do surveillance even without special cooperation from the phone itself.
ru: Если у вас сотовый телефон&nbsp;&mdash; даже если вы можете помешать ему передавать ваше местоположение, определенное с помощью спутниковой системы навигации, система может определить приблизительное положение телефона, сравнивая времена прихода сигналов к разным базовым станциям. Так что телефонная система может вести слежку даже без особой помощи самого телефона.

note: type: Content of: <div><p>
en: Likewise, the bicycles that people rent in Paris. Of course the system knows where you get the bicycle and it knows where you return the bicycle, and I've heard reports that it tracks the bicycles as they are moving around as well. So they are not something we can really trust.
ru: Та же история&nbsp;&mdash; с велосипедами, которые люди берут на прокат в Париже. Конечно, система знает, где вы получаете велосипед, и знает, где вы возвращаете велосипед, и я слышал, что она отслеживает велосипеды и во время движения. Так что это не то, чему мы на самом деле можем доверять.

note: type: Content of: <div><p>
en: But there are also systems that have nothing to do with us that exist only for tracking. For instance, in the UK all car travel is monitored.  Every car's movements are being recorded in real time and can be tracked by the State in real time. This is done with cameras on the side of the road.
ru: Но есть также системы, не имеющие к нам никакого отношения, которые существуют только для слежения. Например, в Великобритании производится наблюдение за всеми поездками автомобиля. Каждое движение автомобиля записывается в реальном времени и может отслеживаться государством в реальном времени. Это делается с помощью камер на краю дороги.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, the only way we can prevent surveillance that's done at one remove or by unrelated systems is through political action against increased government power to track and monitor everyone, which means of course we have to reject whatever excuse they come up with. For doing such systems, no excuse is valid&mdash;to monitor everyone.
ru: Так вот, единственный для нас способ предотвратить слежку, которая проводится опосредованно или с помощью независимых от нас систем&nbsp;&mdash; политические действия против увеличения возможностей государства по слежению и надзору за каждым; это, конечно, означает, что мы должны возражать на любые оправдания, которые они находят. Для введения таких систем нет никакого оправдания&nbsp;&mdash; чтобы надзирать за каждым.

note: type: Content of: <div><p>
en: In a free society, when you go out in public, you are not guaranteed anonymity. It's possible for someone to recognize you and remember. And later that person could say that he saw you at a certain place. But that information is diffuse. It's not conveniently assembled to track everybody and investigate what they did. To collect that information is a lot of work, so it's only done in special cases when it's necessary.
ru: Когда в свободном обществе вы выходите в общественное место, ваша анонимность не гарантирована. Возможно, кто-то опознает вас и запомнит. А потом это лицо может сказать, что оно видело вас в определенном месте. Но эти сведения рассеяны. Они не собираются так, чтобы было удобно отслеживать каждого и расследовать, что они делали. Сбор этих сведений&nbsp;&mdash; большая работа, так что ее проводят только в особых случаях, когда это необходимо.

note: type: Content of: <div><p>
en: But computerized surveillance makes it possible to centralize and index all this information so that an unjust regime can find it all, and find out all about everyone. If a dictator takes power, which could happen anywhere, people realize this and they recognize that they should not communicate with other dissidents in a way that the State could find out about. But if the dictator has several years of stored records of who talks with whom, it's too late to take any precautions then, because he already has everything he needs to realize: &ldquo;OK, this guy is a dissident, and he spoke with him. Maybe he is a dissident too. Maybe we should grab him and torture him.&rdquo;
ru: Но компьютеризованная слежка позволяет централизовать и каталогизировать все эти сведения так, что несправедливый режим может получить их полностью и разузнать все о каждом. Если к власти приходит диктатор, что могло бы произойти в любом месте, люди это понимают, они признают, что не должны общаться с другими диссидентами так, чтобы государство могло узнать об этом. Но если у диктатора есть записи, хранящиеся несколько лет, о том, кто и с кем говорил, то принимать любые меры предосторожности слишком поздно, потому что у него уже есть все, что ему нужно выяснить: &ldquo;Ага, этот парень&nbsp;&mdash; диссидент, а он говорил с ним. Может быть, он тоже диссидент. Может быть, нам следует схватить его и пытать&rdquo;.

note: type: Content of: <div><p>
en: So we need to campaign to put an end to digital surveillance <em>now</em>. You can't wait until there is a dictator and it would really matter. And besides, it doesn't take an outright dictatorship to start attacking human rights.
ru: Так что нам нужна кампания за то, чтобы положить конец цифровой слежке <em>сейчас</em>. Вы не можете ждать, пока появится диктатор и это станет бесполезным. И кроме того, чтобы напасть на права человека, не обязательно вводить диктатуру в буквальном смысле.

note: type: Content of: <div><p>
en: I wouldn't quite call the government of the UK a dictatorship. It's not very democratic, and one way it crushes democracy is using surveillance. A few years ago, people believed to be on their way to a protest, they were going to protest, they were arrested before they could get there because their car was tracked through this universal car tracking system.
ru: Я бы не назвал режим Великобритании диктатурой. Он не очень демократичен, и один из аспектов, в которых он ломает демократию&nbsp;&mdash; это применение слежки. Несколько лет назад люди думали, что они едут протестовать; они собирались протестовать, их арестовали до того, как они смогли туда добраться, потому что их автомобиль отслеживали с помощью этой универсальной системы слежения за автомобилями.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Censorship
ru: Цензура

note: type: Content of: <div><p>
en: The second threat is censorship. Censorship is not new, it existed long before computers. But 15 years ago, we thought that the Internet would protect us from censorship, that it would defeat censorship. Then, China and some other obvious tyrannies went to great lengths to impose censorship on the Internet, and we said: &ldquo;Well that's not surprising, what else would governments like that do?&rdquo;
ru: Вторая угроза&nbsp;&mdash; цензура. Цензура не нова, она существовала задолго до появления компьютеров. Но пятнадцать лет назад мы думали, что Интернет защитит нас от цензуры, что он победит цензуру. Потом Китай и некоторые другие очевидные тирании зашли очень далеко в навязывании цензуры в Интернете, и мы говорили: &ldquo;Ну, ничего удивительного, чего еще ждать от таких режимов?&rdquo;

note: type: Content of: <div><p>
en: But today we see censorship imposed in countries that are not normally thought of as dictatorships, such as for instance the UK, France, Spain, Italy, Denmark&hellip;
ru: Но сегодня мы видим, что цензуру вводят в странах, которые обычно не считались диктатурами, например в таких как Великобритания, Франция, Испания, Италия, Дания...

note: type: Content of: <div><p>
en: They all have systems of blocking access to some websites. Denmark established a system that blocks access to a long list of web pages, which was secret. The citizens were not supposed to know how the government was censoring them, but the list was leaked and posted on WikiLeaks. At that point, Denmark added the WikiLeaks page to its censorship list. So, the whole rest of the world can find out how Danes are being censored, but Danes are not supposed to know.
ru: У всех у них есть системы блокирования доступа к некоторым сайтам. Дания ввела систему, которая блокирует доступ к большому списку страниц Интернета; список был секретным. Гражданам не полагалось знать, как государство проводит цензуру над ними, но список получил огласку и был опубликован на WikiLeaks. В этот момент Дания добавила страницу WikiLeaks к своему цензурному списку. Итак, весь остальной мир может узнать, как проводят цензуру над датчанами, но датчанам этого знать не полагается.

note: type: Content of: <div><p>
en: A few months ago, Turkey, which claims to respect some human rights, announced that every Internet user would have to choose between censorship and more censorship. Four different levels of censorship they get to choose! But freedom is not one of the options.
ru: Несколько месяцев назад Турция, заявляющая, что она уважает какие-то права человека, объявила, что каждому пользователю Интернета придется выбирать между цензурой и еще большей цензурой. Им предложено на выбор четыре уровня цензуры! Но свобода в списке не представлена.

note: type: Content of: <div><p>
en: Australia wanted to impose filtering on the Internet, but that was blocked. However Australia has a different kind of censorship: it has censorship of links. That is, if a website in Australia has a link to some censored site outside Australia, the one in Australia can be punished. Electronic Frontiers Australia, that is an organization that defends human rights in the digital domain in Australia, posted a link to a foreign political website. It was ordered to delete the link or face a penalty of $11,000 a day. So they deleted it, what else could they do? This is a very harsh system of censorship.
ru: Австралия хотела ввести фильтрацию в Интернете, но это не удалось. Однако в Австралии есть другого рода цензура: цензура на ссылки. То есть, если на сайте в Австралии есть ссылки на некоторый подцензурный сайт вне Австралии, австралийский сайт может быть наказан. &ldquo;Австралийский электронный кордон&rdquo;, то есть организация, защищающая права человека в цифровой сфере в Австралии, опубликовала ссылку на иностранный политический сайт. Ей приказали удалить ссылку или выплачивать штраф в 11000&nbsp;долларов в день. Так что они удалили ее: что им еще было делать? Это очень жесткая система цензуры.

note: type: Content of: <div><p>
en: In Spain, the censorship that was adopted earlier this year allows officials to arbitrarily shut down an Internet site in Spain, or impose filtering to block access to a site outside of Spain. And they can do this without any kind of trial. This was one of the motivations for the <i>Indignados</i>, who have been protesting in the street.
ru: В Испании цензура, введенная в этом году, позволяет должностным лицам закрывать по своему произволу сайты Интернета в Испании или вводить фильтрацию, чтобы блокировать доступ к сайту вне Испании. И они могут делать это без какого-либо расследования. Это было одной из причин уличных протестов <i>Индигнадос</i>.

note: type: Content of: <div><p>
en: There were protests in the street in Turkey as well, after that announcement, but the government refused to change its policy.
ru: В Турции тоже были уличные протесты, после того объявления, но правительство отказалось изменить свою политику.

note: type: Content of: <div><p>
en: We must recognize that a country that imposes censorship on the Internet is not a free country. And is not a legitimate government either.
ru: Мы должны признать, что страна, которая налагает цензуру на Интернет, не является свободной страной. И что ее политический режим противоправен.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Restricted data formats
ru: Ограниченные форматы данных

note: type: Content of: <div><p>
en: The next threat to our freedom comes from data formats that restrict users.
ru: Следующая угроза нашей свободе исходит от форматов данных, которые ограничивают пользователей.

note: type: Content of: <div><p>
en: Sometimes it's because the format is secret. There are many application programs that save the user's data in a secret format, which is meant to prevent the user from taking that data and using it with some other program. The goal is to prevent interoperability.
ru: Иногда это происходит оттого, что формат хранится в секрете. Есть много прикладных программ, сохраняющих данные пользователя в секретном формате с целью предотвратить извлечение пользователем этих данных и использование их с какой-то другой программой. Это делается, чтобы предотвратить возможность совместной работы разных программ.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, evidently, if a program implements a secret format, that's because the program is not free software. So this is another kind of malicious feature. Surveillance is one kind of malicious feature that you find in some nonfree programs; using secret formats to restrict the users is another kind of malicious feature that you also find in some nonfree programs.
ru: Так вот, очевидно, что если программа реализует секретный формат, то это потому, что программа не свободна. Так что это еще один вид вредоносных особенностей. Слежка&nbsp;&mdash; один из видов вредоносных особенностей, которые вы видите в некоторых несвободных программах; применение секретных форматов для ограничения пользователей&nbsp;&mdash; другой вид вредоносных особенностей, который вы также видите в некоторых несвободных программах.

note: type: Content of: <div><p>
en: But if you have a free program that handles a certain format, <em>ipso facto</em> that format is not secret. This kind of malicious feature can only exist in a nonfree program. Surveillance features, well, theoretically they could exist in a free program but you don't find them happening. Because the users would fix it, you see. The users wouldn't like this, so they would fix it.
ru: Но если у вас есть свободная программа, которая работает с определенным форматом, то <em>сам этот факт</em> делает этот формат несекретным. Вредоносные особенности этого вида могут существовать только в несвободной программе. Функции слежки, ну, теоретически они могли бы существовать в свободной программе, но вы с ними не встретитесь&nbsp;&mdash; потому что пользователи исправили бы это, понимаете? Пользователям бы это не понравилось, так что они бы это исправили.

note: type: Content of: <div><p>
en: In any case, we also find secret data formats in use for publication of works. You find secret data formats in use for audio, such as music, for video, for books&hellip; And these secret formats are known as Digital Restrictions Management, or DRM, or digital handcuffs <em>(les menottes num&eacute;riques)</em>.
ru: Во всяком случае, нам также попадаются секретные форматы данных, применяемые для публикации работ. Вам попадаются секретные форматы, применяемые для звукозаписи, на пример, музыки, для видеозаписи, для книг... и эти секретные форматы известны как цифровое управление ограничениями или цифровые наручники.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, the works are published in secret formats so that only proprietary programs can play them, so that these proprietary programs can have the malicious feature of restricting the users, stopping them from doing something that would be natural to do.
ru: Итак, произведения публикуются в секретных форматах так, чтобы воспроизводить их могли только несвободные программы, с тем чтобы в этих несвободных программах могли быть вредоносные функции, ограничивающие пользователей, не позволяющие им делать то, что было бы естественно делать.

note: type: Content of: <div><p>
en: And this is used even by public entities to communicate with the people. For instance Italian public television makes its programs available on the net in a format called VC-1, which is a standard supposedly, but it's a secret standard. Now I can't imagine how any publicly supported entity could justify using a secret format to communicate with the public. This should be illegal. In fact I think all use of Digital Restrictions Management should be illegal. No company should be allowed to do this.
ru: И этим пользуются даже общественные учреждения для связи с людьми. Например, Итальянское общественное телевидение размещает свои программы в сети в формате, называемом VC-1, который предположительно является стандартом, но это секретный стандарт. Так вот, я не могу представить себе, как какое бы то ни было учреждение, поддерживаемое за общественный счет, могло бы оправдать применение секретного формата для связи с публикой. Это должно быть незаконно. На самом деле я думаю, что любое применение цифрового управления ограничениями должно быть незаконно. Никакой компании не должно быть позволено делать это.

note: type: Content of: <div><p>
en: There are also formats that are not secret but almost might as well be secret, for instance Flash. Flash is not actually secret but Adobe keeps making new versions, which are different, faster than anyone can keep up and make free software to play those files; so it has almost the same effect as being secret.
ru: Есть также форматы, которые не секретны, но разницы от этого нет почти никакой, например Flash. Flash на самом деле&nbsp;&mdash; не секретный формат, но Adobe постоянно выпускает новые версии, отличающиеся одна от другой, быстрее, чем кто бы то ни было может следить за этим и делать свободные программы для воспроизведения этих файлов; так что результат получается почти такой же, как если бы это было секретом.

note: type: Content of: <div><p>
en: Then there are the patented formats, such as MP3<a href="#f1"><sup>1</sup></a> for audio. It's bad to distribute audio in MP3 format. There is free software to handle MP3 format, to play it and to generate it, but because it's patented in many countries, many distributors of free software don't dare include those programs; so if they distribute the GNU+Linux system, their system doesn't include a player for MP3. As a result if anyone distributes some music in MP3, that's putting pressure on people not to use GNU/Linux.  Sure, if you're an expert you can find a free software and install it, but there are lots of non experts, and they might see that they installed a version of GNU/Linux which doesn't have that software, and it won't play MP3 files, and they think it's the system's fault. They don't realize it's MP3's fault. But this is the fact.
ru: Еще есть запатентованные форматы, такие, как MP3<a href="#f1">[1]</a> для звукозаписи. Распространять записи в формате MP3 нехорошо. Есть свободные программы, которые работают с форматом MP3, и для воспроизведения, и для записи в этом формате, но из-за того, что он запатентован во многих странах, многие распространители свободных программ не решаются включать эти программы в дистрибутивы; так что если они распространяют систему GNU+Linux, их система не содержит проигрыватель MP3. В результате, если кто бы то ни было распространяет какую-то музыку в MP3, это создает давление на людей, чтобы они не пользовались GNU/Linux. Разумеется, если вы эксперт, вы можете найти свободные программы и установить их, но есть много неэкспертов, а они могли бы увидеть, что они установили версию GNU/Linux, в которой этих программ нет, и она не воспроизводит файлы MP3, и они подумали бы, что это недостаток системы. Они не осознают, что это недостаток MP3. Но это факт.

note: type: Content of: <div><p>
en: Therefore, if you want to support freedom, don't distribute MP3 files. That's why I say if you're recording my speech and you want to distribute copies, don't do it in a patented format such as MPEG-2, or MPEG-4, or MP3. Use a format friendly to free software, such as the OGG formats or WebM. And by the way, if you are going to distribute copies of the recording, please put on it the Creative Commons, No Derivatives license. This is a statement of my personal views. If it were a lecture for a course, if it were didactic, then it ought to be free, but statements of opinion are different.
ru: Следовательно, если вы хотите поддержать свободу, не распространяйте файлы MP3. Вот почему я говорю, что если вы записываете мою речь и хотите распространять копии, не распространяйте их в таком запатентованном формате, как MPEG-2, MPEG-4 или MP3. Пользуйтесь форматом, дружественным к свободным программам, таким, как форматы Ogg или WebM. И кстати, если вы собираетесь распространять копии этой записи, пожалуйста, наложите на нее лицензию Creative Commons No Derivatives (&ldquo;Без производных произведений&rdquo;). Это выражение моих личных взглядов. Если бы это была лекция из курса, если бы она была дидактическая, то она должна была бы быть свободна, но выражения мнений&nbsp;&mdash; это другое дело.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Software that isn't free
ru: Программы, которые не свободны

note: type: Content of: <div><p>
en: Now this leads me to the next threat which comes from software that the users don't have control over. In other words, software that isn't free, that is not <i>libre</i>. In this particular point French is clearer than English. The English word &ldquo;free&rdquo; means <i>libre</i> and <i>gratuit</i>, but what I mean when I say &ldquo;free software&rdquo; is <i>logiciel libre</i>. I don't mean <i>gratuit</i>. I'm not talking about price. Price is a side issue, just a detail, because it doesn't matter ethically. You know, if I have a copy of a program and I sell it to you for one euro or a hundred euros, who cares? Right? Why should anyone think that's good or bad? Or suppose I gave it to you <i>gratuitement</i>&hellip; Still, who cares? But whether this program respects your freedom, that's important!
ru: Так вот, это подводит меня к следующей угрозе, которая исходит от программ, над которыми у пользователей нет контроля. Другими словами, программы, которые не свободны, не &ldquo;<span xml:lang="fr" lang="fr">libre</span>&rdquo;. В этом конкретном случае французский язык более понятен, чем английский. Английское слово &ldquo;<span xml:lang="en" lang="en">free</span>&rdquo; означает &ldquo;свободный&rdquo; и &ldquo;бесплатный&rdquo;, но то, что я подразумеваю, когда говорю &ldquo;<span xml:lang="en" lang="en">free software</span>&rdquo;&nbsp;&mdash; это &ldquo;свободные программы&rdquo;, а не &ldquo;бесплатные&rdquo;. Я не говорю о стоимости. Стоимость&nbsp;&mdash; это побочный вопрос, второстепенная подробность, потому что это не имеет этического значения. Понимаете, если у меня есть копия программы, то кому какое дело, продаю я вам ее за один евро или за сто евро? Почему кто-то должен думать, что это хорошо или плохо? Верно? Или, допустим, я даю вам ее &ldquo;безвозмездно&rdquo;... опять-таки, кому какое дело? Но уважает ли эта программа вашу свободу&nbsp;&mdash; вот что важно!

note: type: Content of: <div><p>
en: So free software is software that respects users' freedom. What does this mean? Ultimately there are just two possibilities with software: either the users control the program or the program controls the users.  If the users have certain essential freedoms, then <em>they</em> control the program, and those freedoms are the criterion for free software. But if the users <em>don't</em> fully have the essential freedoms, then the program controls the users. But somebody controls that program and, through it, has <em>power</em> over the users.
ru: Итак, свободные программы&nbsp;&mdash; это программы, которые уважают свободу пользователей. Что это значит? В пределе для программ есть только две возможности: либо пользователи контролируют программу, либо программа контролирует пользователей. Если у пользователей есть определенные существенные свободы, то <em>они</em> контролируют программу, и эти свободы являются критерием свободных программ. Но если у пользователей <em>нет</em> этих существенных свобод во всей их полноте, то программа контролирует пользователей. Но кто-то контролирует программу и, через нее, обладает <em>властью</em> над пользователями.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, a nonfree program is an instrument to give somebody <em>power</em> over a lot of other people, and this is unjust power that nobody should ever have. This is why nonfree software <i>(les logiciels privateurs, qui privent de la libert&eacute;)</i>, why proprietary software is an injustice and should not exist; because it leaves the users without freedom.
ru: Итак, несвободная программа&nbsp;&mdash; это средство передачи кому-то <em>власти</em> над большим числом других людей, и это несправедливая власть, которой не должно быть ни у кого и никогда. Вот почему несвободные программы&nbsp;&mdash; это несправедливость и почему они не должны существовать&nbsp;&mdash; потому что они лишают пользователей свободы.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, the developer who has control of the program often feels tempted to introduce malicious features to <em>further</em> exploit or abuse those users. He feels a temptation because he knows he can get away with it. Because his program controls the users and the users do not have control of the program, if he puts in a malicious feature, the users can't fix it; they can't remove the malicious feature.
ru: Так вот, разработчик, у которого есть контроль над программой, часто ощущает соблазн ввести вредоносные особенности, чтобы <em>еще больше</em> эксплуатировать этих пользователей или злоупотреблять ими. Он ощущает соблазн, потому что знает, что он может это получить. Из-за того, что его программа контролирует пользователей, а у пользователей нет контроля над программой, если он вносит вредоносную особенность, пользователи не могут это исправить; они не могут удалить эту вредоносную особенность.

note: type: Content of: <div><p>
en: I've already told you about two kinds of malicious features: surveillance features, such as are found in Windows and the iPhone and Flash player and the Swindle, sort of. And there are also features to restrict users, which work with secret data formats, and those are found in Windows, Macintosh, the iPhone, Flash player, the Amazon Swindle, the Playstation 3 and lots and lots of other programs.
ru: Я уже рассказал вам о двух видах вредоносных особенностей: о функциях слежки, таких, какие встречаются и в Windows, и iPhone, и в проигрывателе Flash, и в Swindle и тому подобном. И есть также особенности для ограничения пользователей, которые работают с секретными форматами данных, и они встречаются в Windows, Macintosh, iPhone, проигрывателе Flash, Amazon Swindle, Playstation&nbsp;3 и во многих и многих других программах.

note: type: Content of: <div><p>
en: The other kind of malicious feature is the backdoor. That means something in that program is listening for remote commands and obeying them, and those commands can mistreat the user. We know of backdoors in Windows, in the iPhone, in the Amazon Swindle. The Amazon Swindle has a backdoor that can delete books, remotely delete books. We know this by observation, because Amazon did it: in 2009 Amazon remotely deleted thousands of copies of a particular book. Those were authorized copies, people had obtained them directly from Amazon, and thus Amazon knew exactly where they were, which is how Amazon knew where to send the commands to delete those books. You know which book Amazon deleted? <em>1984</em> by George Orwell. [laughter] It's a book everyone should read, because it discusses a totalitarian state that did things like delete books it didn't like. Everybody should read it, but not on the Amazon Swindle. [laughter]
ru: Другой вид вредоносных особенностей&nbsp;&mdash; черный ход. Это значит, что что-то в программе выслушивает удаленные команды и подчиняется им, и эти команды могут поступать с пользователем несправедливо. Мы знаем о черных ходах в Windows, в iPhone, в Amazon Swindle. У Amazon Swindle есть черный ход, по которому можно стирать книги, стирать книги по удаленной команде. Мы знаем об этом из наблюдений, потому что компания Amazon делала это: в 2009&nbsp;году Amazon удалила тысячи копий конкретной книги. Это были санкционированные копии, люди получили их прямо от Amazon, и таким образом Amazon точно знала, где они были, именно поэтому компания знала, куда посылать команды на удаление этих книг. Знаете, какую книгу удалила Amazon? <em>1984</em> Джорджа Оруэлла. [смех] Это книга, которую должен прочесть каждый, потому что в ней рассказывается о тоталитарном государстве, которое, например, удаляло книги, которые ему не нравились. Каждый должен прочесть ее, но не на Amazon Swindle. [смех]

note: type: Content of: <div><p>
en: Anyway, malicious features are present in the most widely used nonfree programs, but they are rare in free software, because with free software the users have control. They can read the source code and they can change it. So, if there were a malicious feature, somebody would sooner or later spot it and fix it. This means that somebody who is considering introducing a malicious feature does not find it so tempting, because he knows he might get away with it for a while but somebody will spot it, will fix it, and everybody will loose trust in the perpetrator. It's not so tempting when you know you're going to fail. And that's why we find that malicious features are rare in free software, and common in proprietary software.
ru: Как бы то ни было, вредоносные особенности присутствуют в большинстве широко используемых несвободных программ, но они редки в свободных программах, потому что над свободными программами у пользователей есть контроль. Они могут читать исходный текст, и они могут изменять его. Так что, если бы там была вредоносная особенность, кто-то рано или поздно нашел бы и устранил бы ее. Это значит, что для того, кто задумывает введение вредоносной особенности, это не будет так привлекательно, потому что он знает, что он мог бы получить это на время, но кто-нибудь найдет ее, устранит, и тот, кто ввел эту особенность, потеряет доверие всех и каждого. Вот почему мы видим, что вредоносные особенности редки в свободных программах и обычны в несвободных.

note: type: Content of: <div><h3>
en: The four freedoms of free software
ru: Четыре свободы свободных программ

note: type: Content of: <div><p>
en: The essential freedoms are four:
ru: Существенных свободы четыре:

note: type: Content of: <div><ul><li>
en: Freedom 0 is the freedom to run the program as you wish.
ru: Свобода&nbsp;0&nbsp;&mdash; свобода выполнять программу, как вам угодно.

note: type: Content of: <div><ul><li>
en: Freedom 1 is the freedom to study the source code and change it, so the program does your computing the way you wish.
ru: Свобода&nbsp;1&nbsp;&mdash; свобода изучать исходный текст и править его, чтобы программа выполняла ваши вычисления так, как вам угодно.

note: type: Content of: <div><ul><li>
en: Freedom 2 is the freedom to help others. That's the freedom to make exact copies and redistribute them when you wish.
ru: Свобода&nbsp;2&nbsp;&mdash; свобода помогать другим. Это свобода создавать точные копии и перераспространять их, когда вам это угодно.

note: type: Content of: <div><ul><li>
en: Freedom 3 is the freedom to contribute to your community. That's the freedom to make copies of your modified versions, if you have made any, and then distribute them to others when you wish.
ru: Свобода&nbsp;3&nbsp;&mdash; свобода вносить вклад в свое сообщество. Это свобода создавать копии своих модифицированных версий, если вы их сделали, а затем передавать их другим, когда вам это угодно.

note: type: Content of: <div><p>
en: These freedoms, in order to be adequate, must apply to all activities of life. For instance if it says &ldquo;this is free for academic use,&rdquo; it's not free. Because that's too limited. It doesn't apply to all areas of life. In particular, if a program is free, that means it can be modified and distributed commercially, because commerce is an area of life, an activity in life. And this freedom has to apply to all activities.
ru: Эти свободы, чтобы им быть адекватными, должны распространяться на все виды жизнедеятельности. Например, если говорится, что &ldquo;программа свободна для научного пользования&rdquo;, то она не свободна. Потому что это слишком ограничено. Это не распространяется на все сферы жизни. В частности, если программа свободна, это значит, что ее можно изменять и распространять с целью получения прибыли, потому что коммерция&nbsp;&mdash; это сфера жизни, вид жизнедеятельности. А эта свобода должна распространяться на все виды деятельности.

note: type: Content of: <div><p>
en: However, it's not obligatory to do any of these things. The point is you're free to do them if you wish, when you wish. But you never have to do them. You don't have to do any of them. You don't have to run the program. You don't have to study or change the source code. You don't have to make any copies. You don't have to distribute your modified versions. The point is you should be free to do those things <em>if you wish</em>.
ru: Однако не обязательно делать что-либо из этого. Смысл в том, что вы вольны делать это, если пожелаете, когда пожелаете. Но вы никогда не обязаны делать это. Вы не обязаны делать что-либо из этого. Вы не обязаны выполнять программу. Вы не обязаны изучать или править исходный текст. Вы не обязаны создавать любые копии. Вы не обязаны распространять свои измененные версии. Смысл в том, что вы вольны делать это, <em>если вам угодно</em>.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, freedom number 1, the freedom to study and change the source code to make the program do your computing as you wish, includes something that might not be obvious at first. If the program comes in a product, and the developer can provide an upgrade that will run, then you have to be able to make your version run in that product. If the product will only run the developer's versions, and refuses to run yours, the executable in that product is not free software. Even if it was compiled from free source code, it's not free because you don't have the freedom to make the program do your computing the way you wish. So, freedom 1 has to be real, not just theoretical. It has to include the freedom to use <em>your</em> version, not just the freedom to make some source code that won't run.
ru: Так вот, в свободу номер&nbsp;1,&mdash; свободу изучать и править исходный текст, чтобы заставить программу выполнять ваши вычисления, как вам угодно,&mdash; входит то, что на первый взгляд могло бы показаться не очевидным. Если программа поставляется в каком-то продукте и разработчик может предоставить обновление, которое будет выполняться, то у вас должна быть возможность сделать свою версию, которая выполнялась бы в этом продукте. Если продукт будет выполнять только версии разработчика и откажется выполнять ваши версии, то исполняемый файл в этом продукте не является свободной программой. Даже если он скомпилирован из свободного исходного текста, он не свободен, потому что у вас нет свободы заставить программу выполнять ваши вычисления, как вам угодно. Итак, свобода&nbsp;1 должна быть реальной, а не просто теоретической.  В нее должна входить свобода пользования <em>вашей</em> версией, а не просто свобода сделать какой-то исходный текст, который не будет выполняться.

note: type: Content of: <div><h3>
en: The GNU Project and the Free Software movement
ru: Проект GNU и движение за свободное программное обеспечение

note: type: Content of: <div><p>
en: I launched the Free Software movement in 1983, when I announced the plan to develop a free software operating system whose name is GNU. Now GNU, the name GNU, is a joke; because part of the hacker's spirit is to have fun even when you're doing something <em>very</em> serious. Now I can't think of anything more seriously important than defending freedom.
ru: Я положил начало движению за свободное программное обеспечение в&nbsp;1983&nbsp;году, когда объявил о плане разработки свободной операционной системы под названием GNU. Так вот, GNU, название GNU,&mdash; это шутка; потому что частью духа хакерства является то, что вы развлекаетесь, даже когда вы делаете что-то <em>очень</em> серьезное. Так вот, я не могу придумать ничего более серьезного и важного, чем защита свободы.

note: type: Content of: <div><p>
en: But that didn't mean I couldn't give my system a name that's a joke.  So GNU is a joke because it's a recursive acronym, it stands for &ldquo;GNU's Not Unix,&rdquo; so G.N.U.: GNU's Not Unix. So the G in GNU stands for GNU.
ru: Но это не значит, что я не мог дать своей системе названия, которое было бы шуткой. Итак, &ldquo;GNU&rdquo;&nbsp;&mdash; это шутка, потому что это рекурсивное сокращение, оно означает &ldquo;<span xml:lang="en" lang="en">GNU's Not Unix</span>&rdquo; (&ldquo;GNU&nbsp;&mdash; не Unix&rdquo;), так что G.&nbsp;N.&nbsp;U.: <span xml:lang="en" lang="en">GNU's Not Unix</span>. Так что &ldquo;G&rdquo; в &ldquo;GNU&rdquo; означает &ldquo;GNU&rdquo;.

note: type: Content of: <div><p>
en: In fact this was a tradition at the time. The tradition was: if there was an existing program and you wrote something similar to it, inspired by it, you could give credit by giving your program a name that's a recursive acronym saying it's not the other one. So I gave credit to Unix for the technical ideas of Unix, but with the name GNU, because I decided to make GNU a Unix-like system, with the same commands, the same system calls, so that it would be compatible, so that people who used Unix could switch over easily.
ru: На самом деле это было традицией в то время. Традиция состояла в том, что если была существующая программа, а вы писали что-то похожее на нее, по ее мотивам, то вы могли отдать ей должное, дав своей программе название, представляющее собой рекурсивное сокращение, в котором говорится, что она&nbsp;&mdash; не та, другая программа. Так что я отдавал должное техническим идеям Unix, но назвал систему GNU, потому что я решил сделать GNU системой, сходной c Unix, с теми же самыми командами, теми же системными вызовами, так что она была бы совместима, так что люди, которые пользовались Unix, могли бы легко перейти на GNU.

note: type: Content of: <div><p>
en: But the reason for developing GNU, that was unique. GNU is the only operating system, as far as I know, ever developed for the purpose of freedom. Not for technical motivations, not for commercial motivations. GNU was written for <em>your</em> freedom. Because without a free operating system, it's impossible to have freedom and use a computer. And there were none, and I wanted people to have freedom, so it was up to me to write one.
ru: Но причина разработки GNU была уникальна. GNU&nbsp;&mdash; единственная из когда-либо разрабатывавшихся операционных систем, насколько я знаю, назначением которой была свобода. Не технические мотивы и не коммерческие мотивы. GNU была написана для <em>вашей</em> свободы. Потому что без свободной операционной системы невозможно обладать свободой, пользуясь компьютером. А свободных операционных систем не было, и я хотел, чтобы у людей была свобода, так что моим делом было написать такую систему.

note: type: Content of: <div><p>
en: Nowadays there are millions of users of the GNU operating system and most of them don't <em>know</em> they are using the GNU operating system, because there is a widespread practice which is not nice. People call the system &ldquo;Linux.&rdquo; Many do, but some people don't, and I hope you'll be one of them. Please, since we started this, since we wrote the biggest piece of the code, please give us equal mention, please call the system &ldquo;GNU+Linux,&rdquo; or &ldquo;GNU/Linux.&rdquo; It's not much to ask.
ru: Сегодня есть миллионы пользователей операционной системы GNU, и большинство из них <em>не знает</em>, что они пользуются операционной системой GNU, потому что есть широко распространенная практика, которая не красива. Люди называют систему &ldquo;Linux&rdquo;. Многие называют, но некоторые не называют, и я надеюсь, что вы будете одним из них. Пожалуйста, поскольку мы начали это, поскольку мы написали самую большую часть программ, пожалуйста, упоминайте и нас равным образом, называйте, пожалуйста, систему &ldquo;GNU+Linux&rdquo; или &ldquo;GNU/Linux&rdquo;. Я не прошу слишком многого.

note: type: Content of: <div><p>
en: But there is another reason to do this. It turns out that the person who wrote Linux, which is one component of the system as we use it today, he doesn't agree with the Free Software movement. And so if you call the whole system Linux, in effect you're steering people towards his ideas, and away from our ideas. Because he's not gonna say to them that they deserve freedom. He's going to say to them that he likes convenient, reliable, powerful software. He's going to tell people that those are the important values.
ru: Но для этого есть еще одна причина. Оказывается, что человек, который писал Linux, один из компонентов системы в том виде, в каком мы сегодня ею пользуемся,&mdash; он не согласен с движением за свободное программное обеспечение. И таким образом, если вы называете всю систему &ldquo;Linux&rdquo;, вы фактически подталкиваете людей к его идеям, в сторону от наших идей. Потому что он не скажет им, что они заслуживают свободы. Он скажет им, что ему нравятся удобные, надежные, эффективные программы. Он скажет людям, что это важные ценности.

note: type: Content of: <div><p>
en: But if you tell them the system is GNU+Linux&mdash;it's the GNU operating system plus Linux the kernel&mdash;then they'll know about us, and then they might listen to what we say: you deserve freedom. And since freedom will be lost if we don't defend it&mdash;there's always going to be a Sarkozy to take it away&mdash;we need above all to teach people to demand freedom, to be ready to stand up for their freedom the next time someone threatens to take it away.
ru: Но если вы скажете им, что система&nbsp;&mdash; это GNU+Linux&nbsp;&mdash; это операционная система GNU плюс Linux, ядро,&mdash; то они будут знать о нас, и тогда они могли бы прислушаться к тому, что мы говорим: &ldquo;Вы заслуживаете свободы&rdquo;. А поскольку свобода будет утрачена, если мы не станем ее защищать&nbsp;&mdash; всегда найдется Саркози, чтобы ее отнять&nbsp;&mdash; то прежде всего нам нужно приучать людей нуждаться в свободе, быть готовым встать за свою свободу в следующий раз, когда кто-то будет угрожать отнять ее.

note: type: Content of: <div><p>
en: Nowadays, you can tell who doesn't want to discuss these ideas of freedom because they don't say <i>logiciel libre</i>. They don't say <i>libre</i>, they say &ldquo;open source.&rdquo; That term was coined by the people like Mr Torvalds who would prefer that these ethical issues don't get raised. And so the way you can help us raise them is by saying <i>libre</i>. You know, it's up to you where you stand, you're free to say what you think. If you agree with them, you can say open source. If you agree with us, show it, say <i>libre</i>!
ru: В наши дни можно определить, кто не хочет обсуждать эти идеи свободы, потому что они не говорят &ldquo;свободные программы&rdquo;. Они не говорят &ldquo;свободные&rdquo;, они говорят &ldquo;с открытым исходным текстом&rdquo;. Термин был введен людьми, подобными господину Торвальдсу, который предпочел бы, чтобы эти этические вопросы не поднимались. И таким образом, способ, которым вы можете помочь нам обратить на них внимание,&mdash; это если вы будете говорить &ldquo;свободные&rdquo;. Понимаете, это ваше дело, за что стоять, вы вольны говорить, что думаете. Если вы согласны с ними, можете говорить &ldquo;открытый исходный текст&rdquo;. Если вы согласны с нами, покажите это&nbsp;&mdash; говорите &ldquo;свободные&rdquo;!

note: type: Content of: <div><h3>
en: Free software and education
ru: Свободные программы и образование

note: type: Content of: <div><p>
en: The most important point about free software is that schools <em>must</em> teach exclusively free software. All levels of schools from kindergarten to university, it's their moral responsibility to teach only free software in their education, and all other educational activities as well, including those that say that they're spreading digital literacy. A lot of those activities teach Windows, which means they're teaching <em>dependence</em>. To teach people the use of proprietary software is to teach dependence, and educational activities must never do that because it's the opposite of their mission.  Educational activities have a social mission to educate good citizens of a strong, capable, cooperating, independent and free society. And in the area of computing, that means: teach free software; never teach a proprietary program because that's inculcating dependence.
ru: Важнейший аспект свободного программного обеспечения состоит в том, что учебные заведения <em>должны</em> обучать исключительно свободным программам; учебные заведения всех уровней, от детского сада до университета, это их моральная обязанность&nbsp;&mdash; обучать только свободным программам в своем образовательном процессе, а также во всей другой образовательной деятельности, в том числе деятельности тех, кто говорит, что они распространяют цифровую грамотность. Во многих случаях в процессе этой деятельности обучают системе Windows, что означает, что они приучают к <em>зависимости</em>. Обучать людей пользованию несвободными программами&nbsp;&mdash; значит приучать к зависимости, а в процессе образовательной деятельности этого не должно происходить никогда, потому что это противоположно ее задачам. Образовательная деятельность несет социальную миссию воспитания добропорядочных граждан сильного, способного, сплоченного, независимого и свободного общества. А в сфере вычислительной техники это значит: &ldquo;Обучайте свободным программам; никогда не обучайте несвободной программе, потому что это насаждение зависимости&rdquo;.

note: type: Content of: <div><p>
en: Why do you think some proprietary developers offer gratis copies to schools? They want the schools to make the children dependent. And then, when they graduate, they're still dependent and, you know, the company is not going to offer them gratis copies. And some of them get jobs and go to work for companies. Not many of them anymore, but some of them.  And those companies are not going to be offered gratis copies. Oh no! The idea is: if the school directs the students down the path of permanent dependence, they can drag the rest of society with them into dependence. That's the plan! It's just like giving the school gratis needles full of addicting drugs, saying: &ldquo;Inject this into your students, the first dose is gratis. Once you're dependent, then you have to pay.&rdquo; Well, the school would reject the drugs because it isn't right to teach the students to use addictive drugs, and it's got to reject the proprietary software also.
ru: Как вы думаете, почему некоторые разработчики несвободных программ предлагают бесплатные копии школам? Они хотят, чтобы школы сделали детей зависимыми. А потом, когда они закончат школу, они по-прежнему будут зависимы, а компания, сами понимаете, не собирается предлагать им бесплатных копий. А некоторые из них получат работу и пойдут работать в компании. Уже не многие, но некоторые. А этим компаниям никто не собирается предлагать бесплатных копий. Нет-нет! Идея в том, что если школа направляет учащихся на путь к вечной зависимости, то они могут втянуть за собой в зависимость остальное общество. Вот в чем штука! Это все равно, что давать в школу бесплатные шприцы с вызывающими зависимость препаратами со словами: &ldquo;Введите это своим учащимся, первая доза бесплатна. Как только у вас возникнет зависимость, вам придется платить&rdquo;. Ну, школа отказалась бы от препаратов, потому что неправильно приучать детей пользоваться вызывающими зависимость препаратами, и она должна также отказаться от несвободных программ.

note: type: Content of: <div><p>
en: Some people say: &ldquo;Let's have the school teach both proprietary software and free software, so the students become familiar with both.&rdquo; That's like saying: &ldquo;For the lunch let's give the kids spinach and tobacco, so that they become accustomed to both.&rdquo; No! The schools are only supposed to teach good habits, not bad ones! So there should be no Windows in a school, no Macintosh, nothing proprietary in the education.
ru: Некоторые говорят: &ldquo;Пусть в школах учат как несвободным, так и свободным программам, чтобы учащиеся познакомились и с теми, и с другими&rdquo;. Это все равно, что говорить: &ldquo;Давайте на завтрак дадим детям шпинат и табак, чтобы они привыкли и к тому, и к другому&rdquo;. Нет! В школах полагается обучать только хорошим привычкам, а не плохим! Так что в школе не должно быть ни Windows, ни Macintosh,&mdash; в образовании не должно быть ничего несвободного.

note: type: Content of: <div><p>
en: But also, for the sake of educating the programmers. You see, some people have a talent for programming. At ten to thirteen years old, typically, they're fascinated, and if they use a program, they want to know: &ldquo;How does it do this?&rdquo; But when they ask the teacher, if it's proprietary, the teacher has to say: &ldquo;I'm sorry, it's a secret, we can't find out.&rdquo; Which means education is forbidden. A proprietary program is the enemy of the spirit of education. It's knowledge withheld, so it should not be tolerated in a school, even though there may be plenty of people in the school who don't care about programming, don't want to learn this. Still, because it's the enemy of the spirit of education, it shouldn't be there in the school.
ru: Но также для подготовки программистов. Понимаете, у некоторых людей есть талант к программированию. В десять или тринадцать лет, как правило, они увлекаются, и если они пользуются программой, они хотят знать: &ldquo;Как она это делает?&rdquo; Но когда они спрашивают учителя, если программа несвободна, то учитель вынужден отвечать: &ldquo;Извини, это секрет, мы не можем узнать этого&rdquo;. Это значит, что образование запрещено. Несвободная программа&nbsp;&mdash; враг самому духу образования. Это удержанное знание, так что этого нельзя терпеть в школе, несмотря на то, что в школе может быть множество людей, которым программирование безразлично и которые не хотят ему учиться. Все равно, поскольку это враг самому духу образования, таких программ в школе быть не должно.

note: type: Content of: <div><p>
en: But if the program is free, the teacher can explain what he knows, and then give out copies of the source code, saying: &ldquo;Read it and you'll understand everything.&rdquo; And those who are really fascinated, they will read it! And this gives them an opportunity to start to learn how to be good programmers.
ru: Но если программа свободна, учитель может объяснить, что знает, а потом раздать копии исходного текста со словами: &ldquo;Читайте это, и вы всё поймете&rdquo;. И те, кто увлечены по-настоящему, они будут его читать! И это даст им возможность начать учиться быть хорошими программистами.

note: type: Content of: <div><p>
en: To learn to be a good programmer, you'll need to recognize that certain ways of writing code, even if they make sense to you and they are correct, they're not good because other people will have trouble understanding them. Good code is clear code that others will have an easy time working on when they need to make further changes.
ru: Чтобы научиться быть хорошим программистом, вам нужно признать, что определенные способы написания программ, даже если они имеют смысл для вас и верны, не хороши, потому что у других людей будут проблемы с тем, чтобы понять их. Хорошие программы&nbsp;&mdash; это понятные программы, над которыми другим будет легко работать, когда им нужно будет внести дальнейшие изменения.

note: type: Content of: <div><p>
en: How do you learn to write good clear code? You do it by reading lots of code, and writing lots of code. Well, only free software offers the chance to read the code of large programs that we really use. And then you have to write lots of code, which means you have to write changes in large programs.
ru: Как научиться писать хорошие понятные программы? Для этого нужно помногу читать программы и помногу писать программы. Ну, только свободные программы дают возможность читать исходный текст крупных программ, которыми мы действительно пользуемся. А потом вам нужно помногу писать программы, что означает, что вам нужно вносить изменения в крупные программы.

note: type: Content of: <div><p>
en: How do you learn to write good code for the large programs? You have to start small, which does <em>not</em> mean small program, oh no! The challenges of the code for large programs don't even begin to appear in small programs. So the way you start small at writing code for large programs is by writing small changes in large programs. And only free software gives you the chance to do that.
ru: Как научиться писать хорошие крупные программы? Нужно начать с малого, что <em>не</em> означает небольшую программу, нет-нет! Трудности написания крупных программ даже не начинают появляться в небольших программах. Так что начать с малого в написании больших программ значит вносить небольшие изменения в крупные программы. А только свободные программы дают вам возможность делать это.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, if a school wants to offer the possibility of learning to be a good programmer, it needs to be a free software school.
ru: Итак, если школа хочет предложить возможность научиться быть хорошим программистом, то она должна быть школой свободных программ.

note: type: Content of: <div><p>
en: But there is an even deeper reason, and that is for the sake of moral education, education in citizenship. It's not enough for a school to teach facts and skills, it has to teach the spirit of goodwill, the habit of helping others. Therefore, every class should have this rule: &ldquo;Students, if you bring software to class, you may not keep it for yourself, you must share copies with the rest of the class, including the source code in case anyone here wants to learn. Because this class is a place where we share our knowledge. Therefore, bringing a proprietary program to class is not permitted.&rdquo; The school must follow its own rule to set a good example. Therefore, the school must bring only free software to class, and share copies, including the source code, with anyone in the class that wants copies.
ru: Но есть еще более глубокая причина, и она заключается в нравственном воспитании, воспитании гражданства. Для школы недостаточно обучать фактам и навыкам, она должна учить духу доброй воли, привычке помогать ближним. Следовательно, в каждом классе должно быть такое правило: &ldquo;Учащиеся, если вы приносите в класс программу, вам нельзя держать ее для себя, вы должны поделиться копиями с остальным классом, в том числе копиями исходного текста на случай, если кто-то здесь захочет поучиться на нем. Потому что этот класс&nbsp;&mdash; место, где мы обмениваемся своими знаниями. Следовательно, приносить в класс несвободную программу не разрешается&rdquo;. Школа должна следовать своему собственному правилу, чтобы показывать пример. Следовательно, школа должна приносить в класс только свободные программы и делиться копиями, в том числе копиями исходного текста, со всеми в классе, кому нужны копии.

note: type: Content of: <div><p>
en: Those of you who have a connection with a school, it's <em>your</em> duty to campaign and pressure that school to move to free software. And you have to be firm. It may take years, but you can succeed as long as you never give up. Keep seeking more allies among the students, the faculty, the staff, the parents, anyone! And always bring it up as an ethical issue. If someone else wants to sidetrack the discussion into this practical advantage and this practical disadvantage, which means they're ignoring the most important question, then you have to say: &ldquo;This is not about how to do the best job of educating, this is about how to do a good education instead of an evil one. It's how to do education right instead of wrong, not just how to make it a little more effective, or less.&rdquo; So don't get distracted with those secondary issues, and ignore what really matters!
ru: Для тех из вас, кто связан с учебными заведениями: <em>ваш</em> долг&nbsp;&mdash; агитировать и оказывать давление, чтобы учебное заведение перешло на свободные программы. И вам нужно быть твердыми. Это может занять годы, но вы можете добиться своего, если только вы не бросите это. Не прекращайте поиски новых союзников среди учащихся, на факультете, среди персонала, родителей, кого угодно! И всегда обращайте внимание на этический аспект. Если кто-то другой захочет увести обсуждение в сторону к тому, что это&nbsp;&mdash; практическое достоинство, а это&nbsp;&mdash; практический недостаток, что означает, что они игнорируют самый важный вопрос, то вы должны сказать: &ldquo;Вопрос не в том, как наилучшим образом выполнить образовательную работу, вопрос в том, как сделать, чтобы образование было добром, а не злом. Вопрос в том, как сделать, чтобы образование было правильным, а не неправильным, а не просто в том, чтобы сделать его чуть более или чуть менее результативным&rdquo;. Так что не позволяйте себя отвлечь на эти второстепенные аспекты и игнорировать то, что по-настоящему важно!

note: type: Content of: <div><h3>
en: Internet services
ru: Службы Интернета

note: type: Content of: <div><p>
en: So, moving on to the next menace. There are two issues that arise from the use of Internet services. One of them is that the server could abuse your data, and another is that it could take control of your computing.
ru: Итак, переходим к следующей угрозе. Есть две проблемы, которые возникают при пользовании службами Интернета. Одна из них состоит в том, что сервер мог бы злоупотреблять вашими данными, а вторая&nbsp;&mdash; в том, что он мог бы перехватить контроль над вашими вычислениями.

note: type: Content of: <div><p>
en: The first issue, people already know about. They are aware that, if you upload data to an Internet service, there is a question of what it will do with that data. It might do things that mistreat you. What could it do? It could lose the data, it could change the data, it could refuse to let you get the data back. And it could also show the data to someone else you don't want to show it to. Four different possible things.
ru: О первой проблеме люди уже наслышаны. Они знают, что если вы посылаете данные в службу Интернета, возникает вопрос, что она сделает с этими данными. Она могла бы поступить несправедливо по отношению к вам. Что она могла бы сделать? Она могла бы утратить данные, она могла бы изменить данные, она могла бы отказать вам в получении этих данных назад. И она могла бы также показать данные кому-то другому, кому вы не хотите их показывать. Четыре разных возможности.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, here, I'm talking about the data that you <em>knowingly</em> gave to that site. Of course, many of those services do <em>surveillance</em> as well.
ru: Так вот, здесь я говорю о данных, которые вы <em>заведомо</em> передаете на тот сайт. Конечно, многие из этих служб также проводят <em>слежку</em>.

note: type: Content of: <div><p>
en: For instance, consider Facebook. Users send lots of data to Facebook, and one of the bad things about Facebook is that it shows a lot of that data to lots of other people, and even if it offers them a setting to say &ldquo;no,&rdquo; that may not really work. After all, if you say &ldquo;some other people can see this piece of information,&rdquo; one of them might publish it. Now, that's not Facebook's fault, there is nothing they could do to prevent that, but it ought to warn people. Instead of saying &ldquo;mark this as only to your so-called friends,&rdquo; it should say &ldquo;keep in mind that your so-called friends are not really your friends, and if they want to make trouble for you, they could publish this.&rdquo; Every time, it should say that, if they want to deal with people ethically.
ru: Например, рассмотрим Facebook. Пользователи посылают на Facebook массу данных, и один из нехороших аспектов Facebook состоит в том, что он показывает многое из этих данных большому числу других людей, и даже если он предлагает им в настройках возможность сказать &ldquo;нет&rdquo;, это на самом деле может не работать. В конце концов, если вы говорите &ldquo;какие-то другие люди могут увидеть эти сведения&rdquo;, один из них может опубликовать их. Так вот, это не вина Facebook, они ничего не могли бы сделать, чтобы предотвратить это, но они должны предостеречь людей. Вместо того, чтобы говорить: &ldquo;Отметьте это как доступное только для так называемых друзей&rdquo;, они должны говорить: &ldquo;Имейте в виду, что ваши так называемые друзья на самом деле не ваши друзья, и если они захотят создать для вас проблемы, они могут это опубликовать&rdquo;. Они должны говорить это каждый раз, если они хотят обращаться с людьми этично.

note: type: Content of: <div><p>
en: As well as all the data users of Facebook voluntarily give to Facebook, Facebook is collecting data about people's activities on the net through various methods of surveillance. But that's the first menace. For now I am talking about the data that people <em>know</em> they are giving to these sites.
ru: Вместе со всеми данными, которые пользователи Facebook добровольно передают ему, Facebook собирает данные о деятельности людей в сети с помощью различных методов слежки. Но это первая опасность. А сейчас я говорю о данных, о которых люди <em>знают</em>, что они передают их на эти сайты.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, losing data is something that could always happen by accident.  That possibility is always there, no matter how careful someone is.  Therefore, you need to keep multiple copies of data that matters. If you do that, then, even if someone decided to delete your data intentionally, it wouldn't hurt you that much, because you'd have other copies of it.
ru: Так вот, потеря данных&nbsp;&mdash; это то, что всегда могло бы случайно произойти. Эта возможность всегда присутствует, независимо от того, насколько человек осторожен. Следовательно, вам нужно хранить множество копий данных, которые важны. Если вы это делаете, то даже если бы кто-то решил преднамеренно удалить ваши данные, сильно вам это бы не повредило, потому что у вас были бы другие копии этих данных.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, as long as you are maintaining multiple copies, you don't have to worry too much about someone's losing your data. What about whether you can get it back. Well, some services make it possible to get back all the data that you sent, and some don't. Google services will let the user get back the data the user has put into them. Facebook, famously, does not.
ru: Итак, пока вы поддерживаете множество копий, вам не нужно слишком сильно беспокоиться о том, что кто-то потеряет ваши данные. А как насчет того, сможете ли вы получить их назад? Ну, некоторые службы предоставляют возможность получить обратно все данные, которые вы послали, а другие&nbsp;&mdash; нет. Службы Google позволяют пользователю получить данные, которые пользователь заложил в них. Facebook известен тем, что не позволяет.

note: type: Content of: <div><p>
en: Of course in the case of Google, this only applies to the data the user <em>knows</em> Google has. Google does lots of surveillance, too, and that data is not included. But in any case, if you can get the data back, then you could track whether they have altered it. And they're not very likely to start altering people's data if the people can tell. So maybe we can keep a track on that particular kind of abuse.
ru: Конечно, в случае с Google это распространяется только на данные, о которых пользователь <em>знает</em>, что они есть у Google. Google проводит также много слежки, и эти данные сюда не входят. Но во всяком случае, если вы можете получить данные назад, то вы можете проследить, изменили они их или нет. А они вряд ли начнут изменять данные людей, если люди смогут это определить. Так что, возможно, мы можем отследить этот конкретный вид злоупотреблений.

note: type: Content of: <div><p>
en: But the abuse of showing the data to someone you don't want it to be shown to is very common and almost impossible for you to prevent, especially if it's a US company. You see, the most hypocritically named law in US history, the so-called USA Patriot Act, says that Big Brother's police can collect just about all the data that companies maintain about individuals. Not just companies, but other organizations too, like public libraries. The police can get this massively, without even going to court. Now, in a country that was founded on an idea of freedom, there's nothing more unpatriotic than this. But this is what they did. So you mustn't ever trust any of your data to a US company.  And they say that foreign subsidiaries of US companies are subject to this as well. So the company you're directly dealing with may be in Europe, but if it's owned by a US company, you've got the same problem to deal with.
ru: Но злоупотребление, состоящее в том, что ваши данные показывают кому-то, кому вы не хотите их показывать, очень обычно, и для вас почти невозможно предотвратить это, особенно если это компания США. Понимаете, закон с самым лицемерным в истории США названием, так называемый Патриотический акт США, гласит, что полиция Большого Брата может собирать почти все данные о частных лицах, хранящиеся в компаниях. Не только в компаниях, но и в других организациях, например в публичных библиотеках. Полиция может получать их в больших количествах, даже не заходя в суд. Так вот, в стране, которая была основана на идее свободы, нет ничего более непатриотичного, чем это. Но именно это они сделали. Так что вы никогда не должны доверять никаких своих данных компании США. И они говорят, что к иностранным филиалам компаний США это тоже относится. Так что компании, с которыми вы непосредственно имеете дело, могут быть в Европе, но если они принадлежат компании США, то вам придется иметь дело с той же самой проблемой.

note: type: Content of: <div><p>
en: However, this is mainly of concern when the data you're sending to the service is not for publication. There are some services where you publish things. Of course, if you publish something, you know everybody is gonna be able to see it. So, there is no way they can hurt you by showing it to somebody who wasn't supposed to see it. There is nobody who wasn't supposed to see it, if you published it. So in that case the problem doesn't exist.
ru: Однако это касается в основном случаев, когда данные, которые вы посылаете в службу, не предназначены для публикации. Есть какие-то службы, в которых вы публикуете. Конечно, если вы публикуете что-то, вы знаете, что каждый сможет увидеть это. Так что они никоим образом не могут повредить вам, показав это кому-то, кому это не полагается видеть. Нет никого, кому это не полагается видеть, если вы это публикуете. Так что в этом случае проблема не существует.

note: type: Content of: <div><p>
en: So these are four sub-issues of this one threat of abusing our data.  The idea of the Freedom Box project is you have your own server in your own home, and when you want to do something remotely, you do it with your own server, and the police have to get a court order in order to search your server. So you have the same rights this way that you would have traditionally in the physical world.
ru: Так что вот четыре подпроблемы этой угрозы злоупотребления нашими данными. Идея проекта Freedom Box состоит в том, что у вас есть свой собственный сервер в своем собственном доме, и когда вы хотите сделать что-то удаленно, мы делаете это со своим собственным сервером, а полиции приходится получать ордер в суде, чтобы обыскать ваш сервер. Так что у вас в этом случае есть те же права, какие у вас были бы традиционно в физическом мире.

note: type: Content of: <div><p>
en: The point here and in so many other issues is: as we start doing things digitally instead of physically, we shouldn't lose any of our rights; because the general tendency is that we do lose rights.
ru: Смысл здесь и во многих других вопросах таков: когда мы начинаем делать что-то в цифровом виде, а не физически, мы не должны терять ни одного из своих прав; потому что общая тенденция такова, что мы права теряем.

note: type: Content of: <div><p>
en: Basically, Stallman's law says that, in an epoch when governments work for the mega-corporations instead of reporting to their citizens, every technological change can be taken advantage of to reduce our freedom. Because reducing our freedom is what these governments want to do. So the question is: when do they get an opportunity? Well, any change that happens for some other reason is a possible opportunity, and they will take advantage of it if that's their general desire.
ru: Попросту говоря, закон Столмена гласит, что в эпоху, когда правительства работают на мегакорпорации вместо того, чтобы отчитываться перед своими гражданами, каждой переменой в технике могут воспользоваться, чтобы сократить нашу свободу. Потому что сокращение нашей свободы&nbsp;&mdash; это то, чего желают эти правительства. Так что вопрос таков: когда они получают такую возможность? Ну, любая перемена, которая происходит по каким-то другим причинам, является потенциальной возможностью, и они воспользуются ею, если это их обобщенное желание.

note: type: Content of: <div><p>
en: But the other issue with Internet services is that they can take control of your computing, and that's not so commonly known. But it's becoming more common. There are services that offer to do computing for you on data supplied by you&mdash;things that you should do in your own computer but they invite you to let somebody else's computer do that computing work for you. And the result is you lose control over it. It's just as if you used a nonfree program.
ru: Но другая проблема со службами Интернета состоит в том, что они могут захватить контроль над вашими вычислениями, а это не так широко известно. Но это становится все более обычным явлением. Это службы, которые предлагают проводить для вас обработку предоставляемых вами данных&nbsp;&mdash; то, что вам следует делать на своем собственном компьютере, но они приглашают вас позволить чьему-то чужому компьютеру проделать для вас эту вычислительную работу. А в результате вы теряете над ней контроль. Это происходит точно так же, как если бы вы пользовались несвободной программой.

note: type: Content of: <div><p>
en: Two different scenarios, but they lead to the same problem. If you do your computing with a nonfree program&hellip; well, the users don't control the nonfree program, it controls the users, which would include you. So you've lost control of the computing that's being done. But if you do your computing in his server&hellip; well, the programs that are doing it are the ones he chose. You can't touch them or see them, so you have no control over them. He has control over them, maybe.
ru: Два различных сценария, но они приводят к одной и той же проблеме. Если вы проводите свои вычисления с помощью несвободной программы... ну, пользователи не контролируют несвободную программу, она контролирует пользователей, и вы были бы в их числе. Так что вы потеряли контроль над вычислениями, которые проводятся. Но если вы проводите свои вычисления на его сервере... ну, программы, которые проводят их&nbsp;&mdash; это программы, которые выбирает он. Вы не можете потрогать их или увидеть их, так что у вас нет никакого контроля над ними. У него есть контроль над ними, может быть.

note: type: Content of: <div><p>
en: If they are free software and he installs them, then he has control over them. But even he might not have control. He might be running a proprietary program in his server, in which case it's somebody else who has control of the computing being done in his server. He doesn't control it and you don't.
ru: Если это свободные программы, а он их устанавливает, то у него есть над ними контроль. Но даже у него контроля может не быть. Он мог бы работать с несвободной программой на своем сервере, в этом случае контроль над вычислениями, которые проводятся на его сервере, есть у кого-то другого. У него нет контроля, нет и у вас.

note: type: Content of: <div><p>
en: But suppose he installs a free program, then he has control over the computing being done in his computer, but you don't. So, either way, <em>you don't!</em> So the only way to have control over your computing is to do it with <em>your copy</em> of a free program.
ru: Но предположим, он устанавливает свободную программу, тогда у него есть контроль над вычислениями, проводимыми на его компьютере, но у вас его нет. Так что и в том, и в другом случае <em>у вас его нет!</em> Так что единственный способ контролировать свои вычисления&nbsp;&mdash; проводить их с помощью <em>своей копии</em> свободной программы.

note: type: Content of: <div><p>
en: This practice is called &ldquo;Software as a Service.&rdquo; It means doing your computing with your data in somebody else's server. And I don't know of anything that can make this acceptable. It's always something that takes away your freedom, and the only solution I know of is to refuse. For instance, there are servers that will do translation or voice recognition, and you are letting them have control over this computing activity, which we shouldn't ever do.
ru: Эта практика называется &ldquo;программа-услуга&rdquo;. Это означает проведение ваших вычислений над вашими данными на чьем-то чужом сервере. И я не знаю ничего, что может сделать это приемлемым. Это всегда будет чем-то, что отнимает вашу свободу, и единственное известное мне решение&nbsp;&mdash; отказаться от этого. Например, есть серверы, которые делают перевод или распознавание речи, а вы позволяете им контролировать эту вычислительную деятельность, чего мы никогда не должны делать.

note: type: Content of: <div><p>
en: Of course, we are also giving them data about ourselves which they shouldn't have. Imagine if you had a conversation with somebody through a voice-recognition translation system that was Software as a Service and it's really running on a server belonging to some company. Well, that company also gets to know what was said in the conversation, and if it's a US company that means Big Brother also gets to know. This is no good.
ru: Конечно, мы также передаем им данные о самих себе, которых у них не должно быть. Представьте себе, что у вас были бы переговоры с кем-то по системе перевода с распознаванием речи, которая была бы программой-услугой, и она на самом деле выполняется на сервере, принадлежащем какой-то компании. Ну, эта компания также получает сведения о том, что было сказано в процессе беседы, и если это компания США, это значит, что Большой Брат тоже их получает. В этом нет ничего хорошего.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Computers for voting
ru: Компьютеры для голосования

note: type: Content of: <div><p>
en: The next threat to our freedom in a digital society is using computers for voting. You can't trust computers for voting. Whoever controls the software in those computers has the power to commit undetectable fraud.
ru: Следующая угроза нашей свободе в цифровом обществе состоит в применении компьютеров для голосования. Вы не можете доверять компьютерам при голосовании. Кто бы ни контролировал программы в этих компьютерах, в его власти совершить необнаружимую подмену.

note: type: Content of: <div><p>
en: Elections are special, because there's nobody involved that we dare trust fully. Everybody has to be checked, crosschecked by others, so that nobody is in a position to falsify the results by himself. Because if anybody is in a position to do that, he might do it. So our traditional systems for voting were designed so that nobody was fully trusted, everybody was being checked by others. So that nobody could easily commit fraud. But once you introduce a program, this is impossible.
ru: Особенность выборов заключается в том, что никому, кто в них участвует, мы не смеем доверять полностью. Каждого приходится проверять, перепроверять другими, так чтобы никто не занимал положение, позволяющее ему самому фальсифицировать результаты.  Потому что если хоть кто-то находится в таком положении, то он мог бы это сделать. Так что наши традиционные системы голосования были спроектированы так, чтобы никому не приходилось полностью доверять, каждый проверялся другими. Так что никому не было легко совершить подмену. Но как только вы вводите программу, это становится невозможно.

note: type: Content of: <div><p>
en: How can you tell if a voting machine will honestly count the votes? You'd have to study the program that's running in it during the election, which of course nobody can do, and most people wouldn't even know how to do. But even the experts who might theoretically be capable of studying the program, they can't do it while people are voting.  They'd have to do it in advance, and then how do they know that the program they studied is the one that's running while people vote? Maybe it's been changed.
ru: Как вам определить, честно ли машина для голосования сосчитает голоса? Вам пришлось бы изучить программу, которая в ней выполняется во время выборов, чего, конечно, никто не может, а большинство людей даже не знали бы, как это делается. Но даже эксперты, которые теоретически могли бы быть в состоянии изучить программу, они не могут делать это во время голосования. Им пришлось бы делать это заранее, а тогда откуда они узнают, что программа, которую они изучили,&mdash; это та же программа, которая выполняется во время голосования? Может быть, ее изменили.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now, if this program is proprietary, that means some company controls it. The election authority can't even tell what that program is doing. Well, this company then could rig the election.  And there are accusations that this was done in the US within the past ten years, that election results were falsified this way.
ru: Так вот, если эта программа не свободна, это значит, что какая-то компания ее контролирует. Избирательный комитет не может даже сказать, что эта программа делает. Ну, тогда эта компания могла бы подтасовать результаты выборов. Мы знаем, что некоторых людей обвиняли в том, что это делалось в США в последние десять лет, что результаты голосования были фальсифицированы таким способом.

note: type: Content of: <div><p>
en: But what if the program is free software? That means the election authority who owns this voting machine has control over the software in it, so the election authority could rig the election. You can't trust them either. You don't dare trust <em>anybody</em> in voting, and the reason is, there's no way that the voters can verify for themselves that their votes were correctly counted, nor that false votes were not added.
ru: Но что, если программа свободна? Это значит, что избирательный комитет, которому принадлежит машина для голосования, контролирует программы в ней, так что избирательный комитет мог бы подтасовать результаты выборов. Им вы тоже не можете доверять. При голосовании вы не смеете доверять <em>никому</em>, а причина заключается в том, что нет способа, которым голосующие могли бы сами проверить, что их голоса сочтены верно, или что не было добавлено фальшивых голосов.

note: type: Content of: <div><p>
en: In other activities of life, you can usually tell if somebody is trying to cheat you. Consider for instance buying something from a store. You order something, maybe you give a credit card number. If the product doesn't come, you can complain and you can&hellip; of course if you've got a good enough memory you'll notice if that product doesn't come. You're not just giving total blind trust to the store, because you can check. But in elections you can't check.
ru: В других видах жизнедеятельности вы обычно можете определить, пытается ли кто-то вас обмануть. Рассмотрим, например, покупку чего-то в магазине. Вы что-нибудь заказываете, может быть, вы даете номер своей кредитной карты. Если продукт не поступает, вы можете пожаловаться и можете... конечно, если у вас достаточно хорошая память, вы заметите, что продукт не прислали. Вы не просто слепо и полностью доверяете магазину, потому что вы можете проверить. Но на выборах вы проверить не можете.

note: type: Content of: <div><p>
en: I saw once a paper where someone described a theoretical system for voting which used some sophisticated mathematics so that people could check that their votes had been counted, even though everybody's vote was secret, and they could also verify that false votes hadn't been added. It was very exciting, powerful mathematics; but even if that mathematics is correct, that doesn't mean the system would be acceptable to use in practice, because the vulnerabilities of a real system might be outside of that mathematics. For instance, suppose you're voting over the Internet and suppose you're using a machine that's a zombie. It might tell you that the vote was sent for A while actually sending a vote for B. Who knows whether you'd ever find out? So, in practice the only way to see if these systems work and are honest is through years, in fact decades, of trying them and checking in other ways what happened.
ru: Однажды я видел статью, в которой кто-то описывал теоретическую систему для голосования, в которой некий хитроумный математический аппарат применялся для того, чтобы люди могли проверить, что их голоса были сочтены, несмотря на то, что выбор каждого оставался в секрете, и они могли также проверить, что не было добавлено фальшивых голосов. Это был очень впечатляющий, мощный математический аппарат; но даже если выкладки были верны, это не значит, что система была бы приемлема на практике, потому что уязвимости реальной системы могли бы быть за рамками математики. Например, предположим, что вы голосуете по Интернету, и предположим, что вы пользуетесь машиной, которая стала зомби. Она могла бы сказать вам, что голос был отдан за А, в то время как на самом деле она отослала бы голос за Б. Кто может сказать, узнаете ли вы об этом вообще? Так что на практике единственный способ узнать, работают ли эти системы честно,&mdash; испытывать их долгие годы, на самом деле десятилетия, и проверять другими способами, что при этом происходит.

note: type: Content of: <div><p>
en: I wouldn't want my country to be the pioneer in this. So, use paper for voting. Make sure there are ballots that can be recounted.
ru: Я не хотел бы, чтобы моя страна была новатором в этом. Так что пользуйтесь для голосования бумагой. Гарантируйте, что есть бюллетени, которые можно пересчитать.

note: type: Content of: <div><h4>
en: Speaker's note, added subsequently
ru: Замечание, добавленное впоследствии докладчиком

note: type: Content of: <div><p>
en: Remote voting by internet has an inherent social danger, that your boss might tell you, &ldquo;I want you to vote for candidate C, and do it from the computer in my office while I watch you.&rdquo; He does not need to say out loud that you might be fired if you do not comply. This danger is not based on a technical flaw, so it can't be fixed by fixing the technology.
ru: Удаленное голосование по Интернету сопряжено с неустранимой опасностью для общества, состоящей в том, что ваш начальник может сказать вам: &ldquo;Я хочу, чтобы вы голосовали за кандидата К и сделали это с компьютера в моем кабинете под моим наблюдением&rdquo;. Ему не нужно говорить вслух, что вас могут уволить, если вы откажетесь. Эта опасность не связана с техническими недостатками, так что ее нельзя устранить, усовершенствовав технику.

note: type: Content of: <div><h3>
en: The war on sharing
ru: Война с обменом

note: type: Content of: <div><p>
en: The next threat to our freedom in a digital society comes from the war on sharing.
ru: Следующая угроза нашей свободе в цифровом обществе исходит от войны с обменом.

note: type: Content of: <div><p>
en: One of the tremendous benefits of digital technology is that it is easy to copy published works and share these copies with others. Sharing is good, and with digital technology, sharing is easy. So, millions of people share. Those who profit by having power over the distribution of these works don't want us to share. And since they are businesses, governments which have betrayed their people and work for the Empire of mega-corporations try to serve those businesses, they are against their own people, they are for the businesses, for the publishers.
ru: Одно из потрясающих достоинств цифровой техники состоит в легкости копирования опубликованных работ и обмена этими копиями с другими. Обмен&nbsp;&mdash; это хорошо, а при цифровой технике обмениваться легко. Итак, миллионы людей обмениваются. Те, кто извлекает доход из своей власти над распространением этих работ, не хочет, чтобы мы обменивались. А поскольку это предприятия, то государства, которые предали свой народ и работают на империю мегакорпораций, стараются услужить этим предприятиям, они против своего собственного народа, они за предприятия, за издателей.

note: type: Content of: <div><p>
en: Well, that's not good. And with the help of these governments, the companies have been waging <em>war</em> on sharing, and they've proposed a series of cruel draconian measures. Why do they propose cruel draconian measures? Because nothing less has a chance of success: when something is good and easy, people do it, and the only way to stop them is by being very nasty. So of course, what they propose is nasty, nasty, and the next one is nastier. So they tried suing teenagers for hundreds of thousands of dollars. That was pretty nasty. And they tried turning our technology against us, Digital Restrictions Management that means, digital handcuffs.
ru: Ну, это не хорошо. И при поддержке этих правительств компании финансировали <em>войну</em> с обменом, и они предложили ряд жестоких драконовских мер. Почему они предлагают жестокие драконовские меры? Потому что ничто меньшее не имеет шанса на успех: когда делать что-то хорошее легко, люди делают это, и единственный способ остановить их&nbsp;&mdash; пойти на большие гадости. Итак, они, конечно, и предлагают гадости, гадости, и каждый раз все более гадкие. Итак, они пытались преследовать подростков, требуя штрафов в сотни тысяч долларов. Это была хорошенькая гадость. И они пытались обратить нашу технику против нас, я имею в виду цифровое управление ограничениями, цифровые наручники.

note: type: Content of: <div><p>
en: But among the people there were clever programmers too and they found ways to break the handcuffs. So for instance, DVDs were designed to have encrypted movies in a secret encryption format, and the idea was that all the programs to decrypt the video would be proprietary with digital handcuffs. They would all be designed to restrict the users. And their scheme worked OK for a while. But some people in Europe figured out the encryption and they released a free program that could actually play the video on a DVD.
ru: Но в народе нашлись и смышленые программисты, и они отыскали пути разбить наручники. Так, например, DVD были спроектированы так, чтобы на них были зашифрованные фильмы в секретном зашифрованном формате, и идея была в том, что все программы для дешифровки видеозаписей будут несвободными программами с цифровыми наручниками. Они все были бы составлены, чтобы ограничивать пользователей. И их схема вполне работала некоторое время. Но кое-кто в Европе разгадал схему шифровки, и они выпустили свободную программу, которая в действительности могла проигрывать видеозаписи на DVD.

note: type: Content of: <div><p>
en: Well, the movie companies didn't leave it there. They went to the US congress and bought a law making that software illegal. The United States invented censorship of software in 1998, with the Digital Millennium Copyright Act (DMCA). So the distribution of that free program was forbidden in the United States. Unfortunately it didn't stop with the United States. The European Union adopted a directive, in 2003 I believe, requiring such laws. The directive only says that commercial distribution has to be banned, but just about every country in the European Union has adopted a nastier law. In France, the mere possession of a copy of that program is an offense punished by imprisonment, thanks to Sarkozy. I believe that was done by the law DADVSI. I guess he hoped that with an unpronounceable name, people wouldn't be able to criticize it. [laughter]
ru: Ну, кинокомпании на этом не остановились. Они пришли в конгресс США и купили закон, делающий эту программу нелегальной. Соединенные Штаты изобрели цензуру программ в 1998&nbsp;году, с выпуском Закона об авторском праве цифрового тысячелетия (DMCA). Так что распространение этой свободной программы было в Соединенных Штатах запрещено. К несчастью, Соединенными Штатами дело не кончилось. Европейский союз принял директиву, по-моему, в 2003&nbsp;году, которая требовала введения таких законов. В директиве сказано, что только коммерческое распространение должно быть запрещено, но почти каждая страна в Европейском союзе приняла более гадкий закон. Во Франции простое обладание копией этой программы нарушает закон и карается тюремным заключением, благодаря Саркози. По-моему, это было сделано с помощью закона DADVSI. Может быть, он надеялся, что закон с таким непроизносимым названием люди не смогут критиковать. [смех]

note: type: Content of: <div><p>
en: So, elections are coming. Ask the candidates in the parties: will you repeal the DADVSI? And if not, don't support them. You mustn't give up lost moral territory forever. You've got to fight to win it back.
ru: Итак, подходит время выборов. Спросите кандидатов партий: отзовете ли вы DADVSI? А если нет, не поддерживайте их. Вы не должны оставлять потерянную моральную территорию навсегда. В ваших силах сражаться и отвоевать ее.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, we still are fighting against digital handcuffs. The Amazon Swindle has digital handcuffs to take away the traditional freedoms of readers to do things such as: give a book to someone else, or lend a book to someone else. That's a vitally important social act. That is what builds society among people who read, lending books. Amazon doesn't want to let people lend books freely. And then there is also selling a book, perhaps to a used bookstore. You can't do that either.
ru: Итак, мы по-прежнему боремся против цифровых наручников. В Amazon Swindle есть цифровые наручники, чтобы отнять у читателей традиционные свободы делать такое, как отдать книгу кому-то другому или одолжить книгу кому-то другому. Это жизненно важный социальный акт. Именно на нем строится общество среди тех, кто читает&nbsp;&mdash; на том, что они дают книгу почитать. Amazon не хочет позволить людям свободно одалживать книги. А потом, есть еще продажа книги, например в букинистический магазин. Этого вы тоже не можете.

note: type: Content of: <div><p>
en: It looked for a while as if DRM had disappeared on music, but now they're bringing it back with streaming services such as Spotify. These services all require proprietary client software, and the reason is so they can put digital handcuffs on the users. So, reject them! They already showed quite openly that you can't trust them, because first they said: &ldquo;You can listen as much as you like.&rdquo; And then they said: &ldquo;Oh, no! You can only listen a certain number of hours a month.&rdquo; The issue is not whether that particular change was good or bad, just or unjust; the point is, they have the power to impose any change in policies. So don't let them have that power. You should have your <em>own</em> copy of any music you want to listen to.
ru: Некоторое время казалось, будто цифровое управление ограничениями исчезло из музыки, но сейчас они возвращают его в таких потоковых службах, как Spotify. Все эти службы требуют несвободных клиентских программ, а причина состоит в том, что так они могут надевать цифровые наручники на пользователей. Так что откажитесь от них! Они уже показали вполне открыто, что вы не можете им доверять, потому что сначала они говорили: &ldquo;Вы можете слушать, сколько хотите&rdquo;. А потом они сказали: &ldquo;Нет-нет! Вы можете слушать только определенное количество часов в месяц&rdquo;. Вопрос не в том, хороша или плоха, справедлива или несправедлива эта конкретная перемена; смысл в том, что у них есть власть вводить любое изменение в правилах. Так что не допускайте, чтобы у них была эта власть. У вас должна быть своя <em>собственная</em> копия любой музыки, которую вы хотите слушать.

note: type: Content of: <div><p>
en: And then came the next assault on our freedom: HADOPI, basically punishment on accusation. It was started in France but it's been exported to many other countries. The United States now demand such unjust policies in its free exploitation treaties. A few months ago, Colombia adopted such a law under orders from its masters in Washington.  Of course, the ones in Washington are not the real masters, they're just the ones who control the United States on behalf of the Empire. But they're the ones who also dictate to Colombia on behalf of the Empire.
ru: А потом началась новая атака на нашу свободу: HADOPI, попросту говоря, наказание по обвинению. Это началось во Франции, но было экспортировано во многие другие страны. Соединенные Штаты сейчас требуют введения таких несправедливых правил в своих договорах по бесплатной эксплуатации. Несколько месяцев назад Колумбия приняла такой закон по приказу своих хозяев в Вашингтоне. Конечно, те, кто в Вашингтоне&nbsp;&mdash; не настоящие хозяева, это просто те, кто управляет Соединенными Штатами от имени империи. Но это те, кто также диктует Колумбии от имени империи.

note: type: Content of: <div><p>
en: In France, since the Constitutional Council objected to explicitly giving people punishment without trial, they invented a kind of trial which is not a real trial, it's just a form of a trial, so they can <em>pretend</em> that people have a trial before they're punished. But in other countries they don't bother with that, it's explicit punishment on accusation only. Which means that for the sake of their war on sharing, they're prepared to abolish the basic principles of justice. It shows how thoroughly anti-freedom anti-justice they are. These are not legitimate governments.
ru: Во Франции, поскольку Конституционный совет возражал против явного назначения наказания людям без суда и следствия, изобрели род следствия, который не является настоящим судом, это только формальный суд для того, чтобы они могли <em>сделать вид</em>, что люди проходят суд перед тем, как их наказывают. Но в других странах с этим не церемонятся, это явное наказание по простому обвинению. Это значит, что ради своей войны с обменом они готовы отменить основные принципы права. Это показывает, как глубоко они враждебны свободе и справедливости. Эти правительства незаконны.

note: type: Content of: <div><p>
en: And I'm sure they'll come up with more nasty ideas because they're paid to defeat the people no matter what it takes. Now, when they do this, they always say that it's for the sake of the artists, that they have to &ldquo;protect&rdquo; the &ldquo;creators.&rdquo; Now those are both propaganda terms. I am convinced that the reason they love the word &ldquo;creators&rdquo; is because it is a comparison with a deity. They want us to think of artists as super-human, and thus deserving special privileges and power over us, which is something I disagree with.
ru: И я уверен, что они выступят с более гадкими идеями, потому что им платят за то, чтобы победить народ любой ценой. Так вот, когда они это делают, они всегда говорят, что это ради людей искусства, что они вынуждены &ldquo;защищать&rdquo; &ldquo;творцов&rdquo;. Так вот, и то, и другое&nbsp;&mdash; пропагандистские термины. Я убежден, что причина, по которой они влюблены в слово &ldquo;творцы&rdquo;, состоит в том, что это сравнивает их с божеством. Они хотят, чтобы мы думали о людях искусства как о высших существах, заслуживающих поэтому особых привилегий и власти над нами, с каковым положением я не согласен.

note: type: Content of: <div><p>
en: In fact though, the only artists that benefit very much from this system are the big stars. The other artists are getting crushed into the ground by the heels of these same companies. But they treat the stars very well, because the stars have a lot of clout. If a star threatens to move to another company, the company says: &ldquo;Oh, we'll give you what you want.&rdquo; But for any other artist they say: &ldquo;You don't matter, we can treat you any way we like.&rdquo;
ru: Хотя фактически только одна категория людей искусства очень выигрывает от этой системы&nbsp;&mdash; это крупные звезды. Все другие втаптываются в землю под пятой этих самых компаний. Но они обращаются со звездами очень хорошо, потому что звезды очень влиятельны. Если звезда угрожает уйти в другую компанию, компания говорит: &ldquo;О, мы дадим вам то, чего вы хотите&rdquo;. Но любому другому деятелю искусства они говорят: &ldquo;Ты ничего не значишь, мы можем обращаться с тобой, как только нам угодно&rdquo;.

note: type: Content of: <div><p>
en: So the superstars have been corrupted by the millions of dollars or euros that they get, to the point where they'll do almost anything for more money. For instance, J. K. Rowling is a good example. J. K. Rowling, a few years ago, went to court in Canada and obtained an order that people who had bought her books must not read them. She got an order telling people not to read her books!
ru: Так что звезды первой величины развращаются миллионами долларов или евро, которые они получают, до такой степени, что они сделают почти все, что угодно, за дополнительные деньги. К примеру, Дж.&nbsp;К.&nbsp;Роулинг&nbsp;&mdash; хороший пример. Несколько лет назад Дж.&nbsp;К.&nbsp;Роулинг пошла в суд в Канаде и получила резолюцию, согласно которой люди, которые купили ее книги, не должны их читать. Она получила резолюцию, в которой людям приказано не читать ее книги!

note: type: Content of: <div><p>
en: Here's what happened. A bookstore put the books on display for sale too early, before the date they were supposed to go on sale. And people came into the store and said: &ldquo;Oh, I want that!&rdquo; And they bought it and took away their copies. And then, they discovered the mistake, so they took the copies off of display. But Rowling wanted to crush any circulation of any information from those books, so she went to court, and the court ordered those people not to read the books that they now owned.
ru: Произошло вот что. Книжный магазин выставил книги на продажу слишком рано, до даты, когда им полагалось поступить в продажу. А люди пришли в магазин и сказали: &ldquo;О, мне это нужно!&rdquo; И они покупали ее и забирали свои копии. А потом обнаружилась ошибка, так что они убрали копии с витрины. Но Роулинг хотела перекрыть любое обращение любых сведений из этих книг, так что она пришла в суд, и суд постановил, чтобы люди не читали книги, которыми они теперь владели.

note: type: Content of: <div><p>
en: In response, I call for a total boycott of Harry Potter. But I don't say you shouldn't read those books or watch the movies, I only say you shouldn't buy the books or pay for the movies. [laughter] I leave it to Rowling to tell people not to read the books. As far as I am concerned, if you borrow the book and read it, that's OK. [laughter] Just don't give her any money! But this happened with paper books. The court could make this order but it couldn't get the books back from the people who had bought them.  Imagine if they were ebooks. Imagine if they were ebooks on the Swindle. Amazon could send commands to erase them.
ru: В ответ я призвал к полному бойкоту Гарри Поттера. Но я не говорю, что вам не следует читать эти книги или смотреть фильмы, я только говорю, что вы не должны покупать книги или платить за фильмы. [смех] Я оставляю за Роулинг прерогативу приказывать людям не читать книги. С моей точки зрения, если вы одолжите книгу и прочтете ее, это вполне допустимо. [смех] Только не давайте ей никаких денег! Но это случилось с бумажными книгами. Суд смог вынести эту резолюцию, но он не смог забрать назад книги у людей, купивших их. Представьте себе, что было бы, если бы это были электронные книги. Представьте себе, что было бы, если бы это были электронные книги на Swindle. Amazon могла бы разослать команду стереть их.

note: type: Content of: <div><p>
en: So, I don't have much respect for stars who will go to such lengths for more money. But most artists aren't like that, they never got enough money to be corrupted. Because the current system of copyright supports most artists very badly. And so, when these companies demand to expand the war on sharing, supposedly for the sake of the artists, I'm against what they want but I would like to support the artists better. I appreciate their work and I realize if we want them to do more work we should support them.
ru: Итак, я не очень уважаю звезд, которые готовы дойти до такого за дополнительные деньги. Но большинство деятелей искусства не такие, они никогда не получают столько денег, чтобы это их развратило. Потому что современная система авторского права очень плохо поддерживает большинство деятелей искусства. И таким образом, когда эти компании требуют расширения войны с обменом, якобы ради людей искусства, я против того, что они хотят, но я хотел бы, чтобы артистов поддерживали лучше. Я ценю их работу и осознаю, что если мы хотим, чтобы они выполняли больше работы, мы должны их поддерживать.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Supporting the arts
ru: Поддержка искусства

note: type: Content of: <div><p>
en: I have two proposals for how to support artists, methods that are compatible with sharing, that would allow us to end the war on sharing and still support artists.
ru: У меня есть два предложения по поддержке деятелей искусства; это методы, которые совместимы с обменом, которые позволили бы нам положить конец войне с обменом, поддерживая в то же время деятелей искусства.

note: type: Content of: <div><p>
en: One method uses tax money. We get a certain amount of public funds to distribute among artists. But, how much should each artist get? Well, we have to measure popularity. You see, the current system supposedly supports artists based on their popularity. So I'm saying: let's keep that, let's continue in this system to support them based on their popularity. We can measure the popularity of all the artists with some kind of polling or sampling, so that we don't have to do surveillance.  We can respect people's anonymity.
ru: Один из них&nbsp;&mdash; налоги. Мы получаем определенное количество общественных фондов, чтобы распределять их между деятелями искусства. Но сколько должен получить каждый из них? Ну, нам придется измерить популярность. Понимаете, современная система предположительно поддерживает деятелей искусства в зависимости от их популярности. Так что я говорю: &ldquo;Давайте это оставим, давайте продолжим поддерживать их по этой системе в зависимости от их популярности&rdquo;. Мы можем измерить популярность всех деятелей искусства каким-нибудь опросом или выборкой, так что нам не пришлось бы проводить слежку. Мы можем уважать анонимность людей.

note: type: Content of: <div><p>
en: OK, we get a raw popularity figure for each artist, how do we convert that into an amount of money? Well, the obvious way is: distribute the money in proportion to popularity. So if A is a thousand times as popular as B, A will get a thousand times as much money as B. That's not efficient distribution of the money. It's not putting the money to good use. You see, it's easy for a star A to be a thousand times as popular as a fairly successful artist B. And if we use linear proportion, we'll give A a thousand times as much money as we give B. And that means that, either we have to make A tremendously rich, or we are not supporting B enough.
ru: Хорошо, мы получим исходные цифры популярности для каждого деятеля; как перевести это в количество денег? Ну, очевидный способ&nbsp;&mdash; распределять деньги пропорционально популярности. Так что если А в тысячу раз популярнее, чем Б, то А получит в тысячу раз больше денег, чем Б. Это распределение денег не эффективно. Это не рациональное использование денег. Понимаете, для звезды А легко быть в тысячу раз популярнее, чем довольно успешному деятелю Б. А если мы применяем прямую пропорцию, то мы дадим А в тысячу раз больше денег, чем мы дадим Б. А это значит, что мы либо должны сделать А баснословно богатым, либо мы не будем оказывать Б достаточной поддержки.

note: type: Content of: <div><p>
en: Well, the money we use to make A tremendously rich is failing to do an effective job of supporting the arts; so, it's inefficient. Therefore I say: let's use the cube root. Cube root looks sort of like this. The point is: if A is a thousand times as popular as B, with the cube root A will get ten times as much as B, not a thousand times as much, just ten times as much. So the use of the cube root shifts a lot of the money from the stars to the artists of moderate popularity. And that means, with less money we can adequately support a much larger number of artists.
ru: Ну, деньгами, которые мы используем, чтобы сделать А баснословно богатым, фактически не удается выполнять работу по поддержке искусства; так что это не эффективно. Следовательно, я говорю: &ldquo;Давайте возьмем кубический корень&rdquo;. Кубический корень выглядит примерно так. Смысл в том, что если А в тысячу раз популярнее, чем Б, при кубическом корне А получит в десять раз больше, чем Б, а не в тысячу раз больше, только в десять раз больше. Так что применение кубического корня сдвигает много денег от звезд к деятелям умеренной популярности. А это значит, что с меньшими деньгами мы можем адекватно поддержать гораздо большее число деятелей искусства.

note: type: Content of: <div><p>
en: There are two reasons why this system would use less money than we pay now. First of all because it would be supporting artists but not companies, second because it would shift the money from the stars to the artists of moderate popularity. Now, it would remain the case that the more popular you are, the more money you get. And so the star A would still get more than B, but not astronomically more.
ru: Есть две причины, по которым в этой системе использовалось бы меньше денег, чем мы платим сейчас. Во-первых, потому что она поддерживала бы деятелей искусства, а не компании, во-вторых, потому что она сдвинула бы много денег от звезд к деятелям умеренной популярности. Так вот, вы по-прежнему получали бы тем больше денег, чем вы популярнее. Так что звезда А по-прежнему получала бы больше, чем Б, но масштаб был бы не в астрономическим.

note: type: Content of: <div><p>
en: That's one method, and because it won't be so much money it doesn't matter so much how we get the money. It could be from a special tax on Internet connectivity, it could just be some of the general budget that gets allocated to this purpose. We won't care because it won't be so much money, much less than we're paying now.
ru: Это один метод, и поскольку это не потребует слишком много денег, неважно, как мы получим эти деньги. Это мог бы быть особый налог на подключение к Интернету, это можно было бы получать из части общего бюджета, зарезервированной на эти цели. Нам это все равно, потому что это не будут очень большие деньги, гораздо меньше, чем мы платим сейчас.

note: type: Content of: <div><p>
en: The other method I've proposed is voluntary payments. Suppose each player had a button you could use to send one euro. A lot of people would send it; after all it's not that much money. I think a lot of you might push that button every day, to give one euro to some artist who had made a work that you liked. But nothing would demand this, you wouldn't be required or ordered or pressured to send the money; you would do it because you felt like it. But there are some people who wouldn't do it because they're poor and they can't afford to give one euro. And it's good that they won't give it, we don't have to squeeze money out of poor people to support the artists. There are enough non-poor people who'll be happy to do it. Why wouldn't you give one euro to some artists today, if you appreciated their work? It's too inconvenient to give it to them. So my proposal is to remove the inconvenience. If the only reason not to give that euro is you would have one euro less, you would do it fairly often.
ru: Другой предложенный мной метод&nbsp;&mdash; добровольные платежи. Предположим, что в каждом проигрывателе есть кнопка, которой вы можете воспользоваться, чтобы послать один евро. Многие послали бы его; в конце концов, это не такие большие деньги. Я думаю, многие из вас могли бы нажимать на эту кнопку каждый день, чтобы дать один евро какому-то деятелю искусства, который сделал работу, которая вам понравилась. Но ничто не требовало бы этого, от вас не требовали бы, вам не приказывали бы, на вас не оказывали бы давление, чтобы вы послали деньги; вы делали бы это, потому что вам бы этого хотелось. Но есть люди, которые не делали бы этого, потому что они бедны и не могут позволить себе заплатить один евро. И хорошо, что они не отдали бы его, нам нет нужды выжимать деньги из бедных людей, чтобы поддержать деятелей искусства. Есть достаточно небедных людей, которые будут счастливы делать это. Почему сегодня вы не дали бы один евро каким-то деятелям, если вы цените их работу? Передавать его сегодня слишком неудобно. Так что мое предложение&nbsp;&mdash; устранить неудобство. Если единственная причина не давать этот евро заключается в том, что у вас было бы одним евро меньше, то вы делали бы это довольно часто.

note: type: Content of: <div><p>
en: So these are my two proposals for how to support artists, while encouraging sharing because sharing is good. Let's put an end to the war on sharing, laws like DADVSI and HADOPI, it's not just the methods that they propose that are evil, their purpose is evil. That's why they propose cruel and draconian measures. They're trying to do something that's nasty by nature. So let's support artists in other ways.
ru: Так что вот мои два предложения по поддержке деятелей искусства при поощрении обмена, потому что обмен&nbsp;&mdash; это хорошо. Давайте положим конец войне с обменом, законам, подобным DADVSI и HADOPI, они не просто предлагают методы, в которых заключается зло, зло заключается в самом их назначении. Вот почему они предлагают жестокие и драконовские меры. Они пытаются делать нечто гадкое по самой своей природе. Так что давайте поддерживать деятелей искусства другими способами.

note: type: Content of: <div><h3>
en: Rights in cyberspace
ru: Права в киберпространстве

note: type: Content of: <div><p>
en: The last threat to our freedom in digital society is the fact that we don't have a firm right to do the things we do, in cyberspace. In the physical world, if you have certain views and you want to give people copies of a text that defends those views, you're free to do so. You could even buy a printer to print them, and you're free to hand them out on the street, or you're free to rent a store and hand them out there.  If you want to collect money to support your cause, you can just have a can and people could put money into the can. You don't need to get somebody else's approval or cooperation to do these things.
ru: Последняя угроза нашей свободе в цифровом обществе&nbsp;&mdash; тот факт, что у нас нет твердого права делать то, что мы делаем, в киберпространстве. В физическом мире, если у вас есть определенные взгляды и вы хотите дать людям копии текста, в котором эти взгляды защищаются, вы вольны делать это. Вы могли бы даже купить принтер, чтобы распечатать их, и вы вольны раздавать их на улице, или вы вольны арендовать магазин и раздавать их в нем. Если вы хотите собрать деньги, чтобы поддержать свое дело, вы можете просто взять жестянку, и люди могли бы складывать в нее деньги. Вам не нужно ничьего разрешения или содействия, чтобы делать это.

note: type: Content of: <div><p>
en: But, in the Internet, you <em>do</em> need that. For instance if want to distribute a text on the Internet, you need companies to help you do it.  You can't do it by yourself. So if you want to have a website, you need the support of an ISP or a hosting company, and you need a domain name registrar. You need them to continue to let you do what you're doing. So you're doing it effectively on sufferance, not by right.
ru: Но в Интернете вам это <em>нужно</em>. Например, если вы хотите распространять текст в Интернете, вам нужно, чтобы вам в этом помогали компании. Вы не можете делать это сами. Так что если вы хотите, чтобы у вас был сайт, вам нужна поддержка компании, предоставляющей услуги Интернета, и вам нужна регистрация доменного имени. Они нужны вам, чтобы продолжать позволять вам делать то, что вы делаете. Так что фактически вы делаете это постольку, поскольку это терпят, а не постольку, поскольку у вас есть на это право.

note: type: Content of: <div><p>
en: And if you want to receive money, you can't just hold out a can. You need the cooperation of a payment company. And we saw that this makes all of our digital activities vulnerable to suppression. We learned this when the United States government launched a &ldquo;distributed denial of service attack&rdquo; (DDoS) against WikiLeaks. Now I'm making a bit of joke because the words &ldquo;distributed denial of service attack&rdquo; usually refer to a different kind of attack. But they fit perfectly with what the United States did. The United States went to the various kinds of network services that WikiLeaks depended on, and told them to cut off service to WikiLeaks. And they did!
ru: А если вы хотите получать деньги, вы не можете просто выставить жестянку. Вам нужно сотрудничество платежной компании. А мы видели, что это делает всю нашу цифровую деятельность уязвимой к репрессиям. Мы узнали это, когда правительство Соединенных Штатов начало &ldquo;распределенную атаку отказа в обслуживании&rdquo; против WikiLeaks. Так вот, я немного шучу, потому что слова &ldquo;распределенная атака отказа в обслуживании&rdquo; обычно означают атаку другого рода. Но они в точности соответствуют тому, что делали Соединенные Штаты. Соединенные Штаты приходили к различного рода сетевым службам, от которых зависели WikiLeaks, и приказывали им отключить обслуживание WikiLeaks. И те отключали!

note: type: Content of: <div><p>
en: For instance, WikiLeaks had rented a virtual Amazon server, and the US government told Amazon: &ldquo;Cut off service for WikiLeaks.&rdquo; And it did, arbitrarily. And then, Amazon had certain domain names such as wikileaks.org. The US government tried to get all those domains shut off. But it didn't succeed, some of them were outside its control and were not shut off.
ru: Например, WikiLeaks арендовали виртуальный сервер Amazon, и правительство США велело Amazon: &ldquo;Отключите обслуживание WikiLeaks&rdquo;. И они сделали это по своему произволу. А потом, у Amazon были определенные доменные имена, такие, как wikileaks.org. Правительство США пыталось выключить все эти домены. Но ему это не удалось, некоторые из них были вне его контроля, и они не были выключены.

note: type: Content of: <div><p>
en: Then, there were the payment companies. The US went to PayPal and said: &ldquo;Stop transferring money to WikiLeaks or we'll make life difficult for you.&rdquo; And PayPal shut off payments to WikiLeaks. And then it went to Visa and Mastercard and got them to shut off payments to WikiLeaks.  Others started collecting money on WikiLeaks' behalf and their accounts were shut off too. But in this case, maybe something can be done.  There's a company in Iceland which began collecting money on behalf of WikiLeaks, and so Visa and Mastercard shut off its account; it couldn't receive money from its customers either. And now, that business is suing Visa and Mastercard apparently, under European Union law, because Visa and Mastercard together have a near-monopoly. They're not allowed to arbitrarily deny service to anyone.
ru: Потом, были платежные компании. США пришли к PayPal и сказали: &ldquo;Прекратите переводить деньги в WikiLeaks, или у вас будут трудности&rdquo;. И в PayPal отключили платежи в WikiLeaks. А потом они пришли к Visa и Mastercard и заставили их отключить платежи в WikiLeaks. Другие стали собирать деньги для WikiLeaks, и их счета тоже закрыли. Но в этом случае, может быть, что-то можно сделать. В Исландии есть компания, которая стала собирать деньги для WikiLeaks, так что Visa и Mastercard закрыли ей счет; она тоже не могла получать деньги от своих клиентов. И вот, это предприятие теперь судится с Visa и Mastercard, очевидно, по законам Европейского союза, потому что Visa и Mastercard вместе близки к монополии. Им не позволено по своему произволу отказывать в услугах кому бы то ни было.

note: type: Content of: <div><p>
en: Well, this is an example of how things need to be for all kinds of services that we use in the Internet. If you rented a store to hand out statements of what you think, or any other kind of information that you can lawfully distribute, the landlord couldn't kick you out just because he didn't like what you were saying. As long as you keep paying the rent, you have a right to continue in that store for a certain agreed-on period of time that you signed. So you have some rights that you can enforce. And they couldn't shut off your telephone line because the phone company doesn't like what you said, or because some powerful entity didn't like what you said and threatened the phone company. No! As long as you pay the bills and obey certain basic rules, they can't shut off your phone line. This is what it's like to have some rights!
ru: Ну, это пример того, как должны обстоять дела во всех видах служб, которыми мы пользуемся в Интернете. Если бы вы арендовали магазин, чтобы раздавать заявления о том, что вы думаете, или любого другого рода сведения, которые вы можете законно распространять, то владелец не мог бы вышвырнуть вас только потому, что ему не нравится, что вы говорите. До тех пор, пока вы продолжаете вносить арендную плату, у вас есть право продолжать деятельность в этом магазине в течение определенного договорного периода времени, в котором вы расписались. Так что у вас есть некоторые права, которые вы можете осуществлять. И вашу телефонную линию не могли бы отключить из-за того, что телефонной компании не нравится то, что вы сказали, или из-за того, что какому-то могущественному органу не нравится то, что вы сказали, и он угрожает телефонной компании. Нет! Пока вы оплачиваете счета и соблюдаете определенные основные правила, они не могут отключить у вас телефонную линию. Вот что значит обладать какими-то правами!

note: type: Content of: <div><p>
en: Well, if we move our activities from the physical world to the virtual world, then either we have the same rights in the virtual world, or we have been harmed. So, the precarity of all our Internet activities is the last of the menaces I wanted to mention.
ru: Ну, если мы переносим свою деятельность из физического мира в мир виртуальный, то либо у нас есть те же самые права в виртуальном мире, либо нам нанесли ущерб. Так что шаткость всей нашей деятельности в Интернете&nbsp;&mdash; последняя из угроз, о которых я хотел упомянуть.

note: type: Content of: <div><p>
en: Now I'd like to say that for more information about free software, look at gnu.org. Also look at fsf.org, which is the website of the Free Software Foundation. You can go there and find many ways you can help us, for instance. You can also become a member of the Free Software Foundation through that site. [&hellip;] There is also the Free Software Foundation of Europe fsfe.org. You can join FSF Europe also. [&hellip;]
ru: Так вот, я хотел бы сказать, что за другими сведениями о свободных программах обращайтесь на www.gnu.org. Также на fsf.org, это сайт Фонда свободного программного обеспечения. Туда можно зайти и узнать о многих способах помочь нам, например. На этом сайте вы можете также стать членом Фонда свободного программного обеспечения. [...] Есть также Европейский фонд свободного программного обеспечения, fsfe.org. Вы можете также присоединиться к ЕФСПО. [...]

note: type: Content of: <div><h3>
en: Footnote
ru: Примечание

note: type: Content of: <div><ol><li>
en: As of 2017 the patents on playing MP3 files have reportedly expired.
ru: Есть сообщение, что на 2017 год сроки действия патентов на воспроизведение файлов MP3 истекли.

note: type: Content of: <div><div><p>
en: Please send general FSF &amp; GNU inquiries to <a href="mailto:gnu@gnu.org">&lt;gnu@gnu.org&gt;</a>.  There are also <a href="/contact/">other ways to contact</a> the FSF.  Broken links and other corrections or suggestions can be sent to <a href="mailto:webmasters@gnu.org">&lt;webmasters@gnu.org&gt;</a>.
ru: Пожалуйста, присылайте общие запросы фонду и GNU по адресу <a href="mailto:gnu@gnu.org">&lt;gnu@gnu.org&gt;</a>. Есть также <a href="/contact/">другие способы связаться</a> с фондом. Отчеты о неработающих ссылках и другие поправки или предложения можно присылать по адресу <a href="mailto:webmasters@gnu.org">&lt;webmasters@gnu.org&gt;</a>.

note: TRANSLATORS: Ignore the original text in this paragraph, replace it with the translation of these two: We work hard and do our best to provide accurate, good quality translations.  However, we are not exempt from imperfection. Please send your comments and general suggestions in this regard to <a hr
en: Please see the <a href="/server/standards/README.translations.html">Translations README</a> for information on coordinating and contributing translations of this article.
ru: Мы старались сделать этот перевод точным и качественным, но исключить возможность ошибки мы не можем. Присылайте, пожалуйста, свои замечания и предложения по переводу по адресу <a href="mailto:web-translators@gnu.org">&lt;web-translators@gnu.org&gt;</a>. </p><p>Сведения по координации и предложениям переводов наших статей см. в <a href="/server/standards/README.translations.html">&ldquo;Руководстве по переводам&rdquo;</a>.

note: type: Content of: <div><p>
en: Copyright &copy; 2011, 2014, 2021 Richard Stallman
ru: Copyright &copy; 2011, 2012, 2014, 2021 Richard Stallman<br />Copyright &copy; 2012, 2014, 2021 Free Software Foundation, Inc. (translation)

note: type: Content of: <div><p>
en: This page is licensed under a <a rel="license" href="http://creativecommons.org/licenses/by-nd/4.0/">Creative Commons Attribution-NoDerivatives 4.0 International License</a>.
ru: Это произведение доступно по <a rel="license" href="http://creativecommons.org/licenses/by-nd/4.0/deed.ru">лицензии Creative Commons Attribution-NoDerivs (<em>Атрибуция&nbsp;&mdash; Без производных произведений</em>) 4.0 Всемирная</a>.

note: TRANSLATORS: Use space (SPC) as msgstr if you don't want credits. type: Content of: <div><div>
en: *GNUN-SLOT: TRANSLATOR'S CREDITS*
ru: <em>Внимание! В подготовке этого перевода участвовал только один человек. Вы можете существенно улучшить перевод, если проверите его и расскажете о найденных ошибках в <a href="http://savannah.gnu.org/projects/www-ru">русской группе переводов gnu.org</a>.</em>

note: timestamp start type: Content of: <div><p>
en: Updated:
ru: Обновлено:
